Альфея пришла за вещами моего ребёнка для своего сына и остановилась у ворот.
Ты же не собираешься их продавать? голос Златы звенел от искреннего возмущения, почти переходящего в обиду. Это же вещи твоего сына! Родного племянника, а ты хочешь его обделить?
Злата, не отвлекаясь от своих дел, аккуратно разгладила рукав крошечной, но очень качественной рубашки и положила её в стопку «на продажу». В комнате пахло свежевыстиранным бельём и лёгким ароматом лаванды из саше, которую она клала в шкаф. Солнечный свет падал на горы детской одежды, рассортированной по размерам и состоянию. Здесь были и почти новые вещички, надетые пару раз в поликлинику, и добротные домашние костюмы, и, конечно, «жемчужина» коллекции зимний финский комбинезон, в котором Кузя вырос за один сезон.
Альфея, здравствуйте, спокойно ответила Злата, поднимая глаза. Проходите, пожалуйста, не стойте в дверях. Чай захотите?
Альфея, сестра мужа, переступила порог, сняла туфли и, не дожидаясь приглашения, плюхнулась в кресло напротив разложенных «богатств». Взгляд её хищно скользил по стопкам. Она была на пятом месяце беременности вторым ребёнком, и приданое для малыша стояло в семье остро. Точнее, остро только для Альфеи: она не любила работать, а её муж, вечно ищущий себя в творчестве, приносил домой копейки.
Какой чай, Злата? Не морочь мне голову, Альфея махнула рукой с облупившимся маникюром. Мама сказала, что ты перебираешь Кузины вещи. Я сразу к тебе, ведь у Вити сейчас почти ничего нет, а второму скоро всё понадобится. Я вижу у тебя клондайк. Вот этот комбинезон, указала на синий набивной костюм, сейчас новый стоит 10000рублей?
Двенадцать, поправила Злата. И он в отличном состоянии, без потертостей и пятен. Я выставила его за полцены в объявлении, уже два человека звонили, вечером придут посмотреть.
У Альфеи округлились глаза. Она подалась вперёд, чуть не сбив со стола вазу с печеньем.
Что значит «придут посмотреть»? Злата, ты в своем уме? Твоя родня нуждается, а ты добрую волю чужим людям за бумажки раздаёшь?
Не раздаю, а продаю, твердо, но без агрессии уточнила Злата. Альфея, давай сразу расставим точки над «i». Мы с Игорем планируем ремонт в детской к школе. Деньги нужны. Каждая копейка на счету. Я эти вещи покупала не на «деньги с неба», а зарабатывала их, подрабатывая, пока Кузя спал. Почему я должна их просто так отдать?
Потому что мы семья! воскликнула золовка, прижимая руки к груди. Как тебе не стыдно? У нас сейчас положение плачевное, Виталий без заказов, кредит за машину платить надо. А ты ты же зарабатываешь, у тебя зарплата, у Игоря должность. Пятьшесть тысяч рублей у вас не сделают, а нам ребёнка одеть негде!
Злата вздохнула и отложила рубашку. Разговор, которого она боялась и ждалa одновременно, начался. Она знала, что рано или поздно Альфея придёт. Золовка всегда приходила, когда пахло выгодой.
Альфея, вспомни прошлый раз, тихо сказала Злата, глядя ей прямо в глаза. Два года назад я отдала тебе коляску, нашу любимую итальянскую, чтобы потом продать и купить велосипед. Как ты её вернула?
Альфея оторвала взгляд и начала теребить пуговицу на кофте.
Сломалась, что такого? Это же железяка. Колесо отвалилось, подумаешь. Виталий хотел починить
Виталий хотел починить молотком и изолентой, перебила Злата. В итоге рама развалилась, её только на свалку. Ткань была в плесени, потому что вы хранили её на открытом балконе всю зиму. Я не получила ни копейки, ни извинений. Только фразу: «Ой, она же старая была». А она стоила полторы твоих зарплат тогда.
Ты злопамятная! выкрикнула Альфея, снова переходя в нападку. Это было сто лет назад! Кто старое помянет
тому глаз вон, кивнула Злата. Но я не хочу наступать на те же грабли. Смотри.
Злата встала и подошла к небольшой коробке, стоявшей в углу.
Здесь вещи для дома: колготки, футболки, пару пижам, свитера с катышками, но тёплые. Это я могу отдать тебе просто так. Бесплатно. Забирай.
Альфея с отвращением заглянула в коробку.
Это тряпье? Ты предлагаешь мне надеть на ребёнка обноски, в которых твой Кузя валялся в песочнице? А себе оставила всё фирменное на продажу? Хорошая родственница!
Фирменное стоит денег, парировала Злата. И я ухаживала за этими вещами: стирала специальными средствами, сушила правильно. А в коробке обычные вещи для дачи или дома. Не хочешь не бери.
Золовка вскочила с кресла и начала нервно ходить по комнате. В её душе боролись жадность и гордыня. Ей очень нужен был тот комбинезон, ещё те ботинки из натуральной кожи и осенняя куртка. Но платить она не привыкла. В семье мужа так было заведено: младшей сестре все должны помогать, ведь она «маленькая» и «непутёвая».
Я сейчас маме позвоню, пригрозила она, доставая телефон.
Звони, равнодушно пожала плечами Злата. Телефон на тумбочке.
Альфея набрала номер и тут же включила громкую связь, чтобы Злата слышала каждое слово.
Алло, мамуль! Ты представляешь, я пришла к Злате, как договаривались, а она мне какието ошмётки суёт! А хорошие вещи, тот финский комбинезон, ортопедические ботинки всё продаёт чужим! Говорит, деньги ей нужны! С родной племянницы три шкуры отдерёт!
Из трубки донёсся тяжёлый вздох Нины Петровны, свекрови Златы. Голос звучал устало, но с нотками командира.
Злата, ты рядом? спросила свекровь.
Я здесь, Нина Петровна, ответила Злата, продолжая сортировать носки.
Злата, что это за цирк? Альфея же беременна, ей нельзя волноваться. Неужели тебе жалко? Вы с Игорем живёте хорошо, ремонт планируете, значит, средства есть. А у Альфеи ситуация тяжелая. Отдай ей эти вещи, зачем нам позор в семье, что мы не помогаем друг другу?
Нина Петровна, голос Златы стал жёстче. Ситуация у Альфеи длится уже десять лет, с тех пор как она школу закончила. Я не благотворительный фонд. Я предложила ей пакет вещей бесплатно хорошие вещи для дома. А верхнюю одежду и обувь я продаю. Мне нужно собрать деньги на стол для Кузи в первый класс. Почему я должна ущемлять своего ребёнка ради ребёнка Альфеи?
Но Кузя же не голодает! воскликнула свекровь. А у Альфеи Виталий в осенней куртке зимой ходил!
Пусть Виталий найдёт вторую работу, отрезала Злата. Или Альфея перестанет покупать третий телефон в кредит. Нина Петровна, разговор бесполезен. Вещи мои, куплены на мои деньги. Игорь со мной согласен.
Ах, Игорь согласен? закричала в трубку Альфея. Ты его настроила! Он брат мне, он бы никогда сестре не отказал! Ты из него подкаблучника сделала!
В тот момент в замке входной двери повернулся ключ. Злата чуть заметно улыбнулась. Игорь пришёл с работы раньше обычного.
В прихожую вошёл высокий, слегка сутулый мужчина с портфелем. Он выглядел уставшим после смены на заводе, где работал главным инженером. Увидев обувь сестры и напряжённую позу жены, он тяжело вздохнул, снял куртку и прошёл в комнату.
Привет всем, сказал он глухо. Что за шум, а драки нет? Или уже намечается?
Игорь! бросилась к нему Альфея, чуть не уронив телефон. Скажи ей! Она продаёт Кузины вещи! Твоя жена хочет нажиться на родных! Мама, скажи ему!
Альфея сунула телефон к уху Игорю. Оттуда звучало возмущённое бормотание Нины Петровны о совести, родственных узах и о том, что «раньше люди были добрее».
Игорь взял телефон, выключил громкую связь и приложил к уху.
Да, мам. Привет. Слышу. Нет, мам. Я не буду ей приказывать. Мам, послушай меня.
В комнате повисла тишина. Альфея победно смотрела на Злату, уверенная, что брат уступит, лишь бы мама не плакала, а сестра не истерила. Злата же просто смотрела на мужа. Они обсуждали вопрос уже вчера вечером, но обсуждать его в одиночку дело одно, а противостоять напору двух главных женщин его прежней семьи совсем другое.
Мам, мы это обсуждали, твёрдо сказал Игорь. Злата работает на двух проектах, я беру сверхурочные. Мы хотим сделать сыну нормальную комнату. Вещи стоят денег. Если Альфее нужен комбинезон, она может его купить. Злата сделает скидку, породственному, но бесплатно нет. Всё, мам, у меня голова болит, давай позже.
Он закончил звонок и вернул телефон ошарашенной сестре.
Ты что серьёзно? прошептала Альфея. Ты с ней заодно? Против сестры? Изза какихто тряпок?
Это не тряпки, Альфея, устало сказал Игорь, теряя переносицу. Это труд моей жены. Ты хоть раз спросила, как Злата себя чувствует, работая до двух ночи? Ты хоть раз спросила, не нужна ли нам помощь, когда мы ипотеку гасили досрочно и на гречке сидели? Нет. Ты появляешься только тогда, когда тебе чтото надо.
Я же младшая! Мне помогать надо!
Тебе тридцать, Альфея. У тебя второй ребёнок на подходе. Пора взрослеть.
Альфея побагровела, губы задрожали. Она поняла, что привычная схема «нажать на жалость позвать маму получить желаемое» дала сбой. Система сломалась.
Она резко развернулась к столу, схватила тот самый комбинезон и прижала его к себе.
Я заберу его! Вы не имеете права! Это моему племяннику! Витя носить нечего!
Злата сделала шаг вперёд. Её голос стал ледяным, тихим, но от этого ещё более страшным.
Положи на место. Сейчас же.
Не положу! завывала Альфея. Вы жмоты! Буржуи! Подавитесь своими деньгами!
Альфея, Игорь подошёл к сестре и мягко, но настойчиво разжал её пальцы. Не позорься. Положи. И уходи.
Он забрал вещь, аккуратно отряхнул её и положил обратно в стопку.
Уходи, повторил он. И пока не научишься уважать чужой труд и границы, лучше не приходи.
Альфея стояла, тяжело дыша, переводя взгляд с брата на невестку. В её глазах блестели злые слёзы. Она схватила свою сумку.
Я больше не вернусь! Не хочу вас знать! И маме расскажу, как меня выгнали! Беременную! На улицу!
Она бросилась к двери, втыкая ноги в туфли, бормоча проклятия и жадность. Дверь хлопнула так, что бокалы в сервантe звякнули.
В квартире воцарилась глухая тишина; лишь тикание часов нарушало покой.
Злата медленно опустилась на диван. Руки слегка дрожали. Горечь от конфликта тяжело лежала на душе. Ссориться с родственниками мужа дело неблагодарное, но быть «вечной дояркой» она устала ещё больше.
Игорь подошёл к ней, сел рядом и обнял за плечи. Он пах ароматом машинного масла.
Как ты? тихо спросил он.
Плохо, честно призналась она. Чувствую себя жадной мегерой. Может, надо было отдать? В конце концов ребёнок не виноват, что родители такие
Не надо, твёрдо сказал муж. Если ты сейчас уступишь, это закончится бесконечно. Потом будет велосипед, потом телефон, потом деньги на институт. Нужно понять, что наш дом не склад бесплатного снабжения. Ты сделала правильно.
Он взял со стола маленькую вязаную шапочку, которую Злата тоже готовила к продаже.
Помнишь, ты её вязала, когда Кузя ещё не родился?
Помню, улыбнулась Злата. Три раза переделывала, узор не получался.
Вот именно. Это твоё время, твоя любовь и силы. Никто не имеет права требовать их просто так.
Вечером к ним приехала молодая пара за комбинезоном. Молодая мама долго рассматривала вещь, восхищалась её состоянием, благодарила за разумную цену. Она отдала деньги с улыбкой, счастливая, что её ребёнку будет тепло зимой. Эти деньги Злата положила в конверт с надписью «Стол для Кузи».
Через час позвонила Нина Петровна. Игорь, увидев номерИгорь положил отремонтированный стол в детскую, а семья, приняв границы и взаимное уважение, нашла долгожданный мир и согласие.
