Вдова с пятью детьми. Сцена из фильма.
Невозможно не любить своих детей, мысленно повторяла Марина Петровна, пробираясь по занесённой снегом тропинке в подмосковном районе. Но в сердце её не было той любви, а лишь усталость, гнев и бесконечное бессилие. Однажды, когда ещё был жив её муж Алексей и Марина ждала пятого ребёнка, соседка с шестого этажа, уверенная, что дверь уже закрыта и она не слышит, воскликнула мужу:
Ради пособий рожают, а дети лишь бросают!
Марина всхлипала до икоты, обиженная до слёз. Да, ей удавалось держаться на работе, ухаживая за четырьмя детьми, а потом пришла мама, пока могла, и наняли няню. Она любила свою работу и не хотела бросать её изза малышей. А если они вырастут, кем же она будет?
Эти мысли подтвердились, когда Алексей ушёл. Зарплата едва покрывала нужды пятерых детей, но хватала. Марина отложила пенсионные накопления в рублях на надёжный счёт, чтобы потом дети смогли стартовать во взрослом мире. Однако быть вдовой с пятерыми всё равно слишком тяжело.
Всю ночь валил снег, и узкие тропинки превратились в почти непроходимый лабиринт. Марина, спешив в сад, тащила сына Егора и дочь Лину, как бык впряжённый, а путь назад оказался не легче. Она внимательно смотрела под ноги, пытаясь не засосать в ботинки кристаллы, и не заметила мужчину, идущего ей навстречу. Они столкнулись: он удержался на ногах, а Марина упала в сугроб. Он протянул руку, но в его ладони выскользнул яркокрасный шарсердце.
Дурацкий День святого Валентина! крикнула она про себя.
Вчера до полуночи Марина помогала средней дочери Зинаиде шить валенки и писать доклад для сына Павлика, успевая утешать старшую дочь Василису, у которой в лбу всплыл огромный прыщ, а она верила, что завтра мальчик, который ей нравится, подарит валентинку и позовёт на свидание. Тем временем младшие стащили акриловые маркеры и разрисовали белую тумбу, линолеум и друг друга. Воспитательница назвала их «папуасами» и советовала купить жидкость для снятия лака с ацетоном.
Простите, я вас не увидел, извинился мужчина.
Внутри Марине боролись две эмоции: гнев изза того, что её не заметили, и смущение изза упавшего шарика, который, вероятно, предназначался возлюбленной.
Да ладно, виновата я сама. Жаль шар.
Он поднял глаза к небу.
Ничего. Птички тоже отметят праздник.
Ваша жена, наверное, расстроится, добавил он, улыбаясь. Это для дочки. Пойду другой куплю.
Тогда из глаз Марии неожиданно потекли слёзы. Мужчина выглядел смущённым и не знал, что с этим делать.
Прости, всхлипнула она. Я не хотела, это случайность.
Ничего Чтото случилось? спросил он, пытаясь поддержать разговор.
Марина редко жаловалась, но этот незнакомец был чужим, а она была измотана. Выслушав её, он сказал:
Нужно познакомить вас с моей женой. Она же помешалась на третьем ребёнке, а я ей говорю: дай себе отдых, пока ты ещё можешь. Не то, что много детей плохо, запинался он. Наоборот, я тоже хочу третьего, но Прости, я запутался. Плохой я утешитель.
Да ладно, отмахнулась Марина. Я иногда думаю, что должна их любить ужасно сильно, а на деле я лишь злюсь и раздражаюсь. Где эта любовь?
Она у вас есть, уверенно сказал мужчина. Просто её занесло снегом, как эту тропу. А помните, что растёт здесь летом?
Что?
Одуванчики.
Марина уловила смысл, но чувство пустоты оставалось. Мужчина сопроводил её до машины, пожелав хорошего дня. Сев за руль, она поправила макияж и поехала на работу. На сердце тяжело, всплывали дни, когда под зеркалом находила валентинку или цветы. А мужа уже четыре года не было. Праздники всегда вызывали тоску, а сегодня её ожидало совещание с придирчивым Сергеем Петровичем, который полчаса будет докладывать о своих результатах.
В офисе царило лёгкое оживление: хотя в такие дни обычно ничего не делали, Марина заметила несколько букетов, шепот девушек и напряжённые лица мужчин типичная ситуация, когда женщины пытаются понять, чего от них ждут. Заходя в кабинет, Марина испугалась, будто прошла не туда, и отступила назад: на столе лежал букет красных роз. Кабинет всётаки её, и она подошла, рассматривая цветы как редкое зверьё, не зная, чего от них ждать: шипов или мурлыканья. При цветах была открытка.
«Я бы не решился, но если не сегодня когда? В твоих глазах я вижу космос, от твоей улыбки зависит моё настроение. Поужинаем? Л.»
Марина, пытаясь вспомнить, кто из коллег с начальной «Л» мог написать, сомневалась в реальности. На открытке был адрес ресторана и время 19:00. Леонид, Лёша, Лев? Среди мужчин в её отделе были такие, но никто не проявлял интереса. Может, это был Леонид: когдато Марина почти влюбилась в него перед пятой беременностью, но тогда всё изменилось.
Весь день она раздумывала, идти ли на свидание. Она наблюдала за Леонидом, Лёшей и Львом, но каждый вёл себя привычно. Шутка? Как бы даже если бы она пошла, кто бы посидел с детьми? Мама уже шесть лет не выходит из дома, денег на няню нет, старшая дочь, вероятно, уйдёт в своё свидание. Поэтому Марина решила остаться.
Егор и Лика принесли ей «кривое сердце», теперь даже в детских садах учат делать валентинки. Марина собрала их в комбинезоны и тащила к машине по снегу, вспоминая утреннего мужчину с красным шаром. Её глаза снова наполнились слезами.
Дети в машине шумели, спорили, какой мультфильм включить, требовали зайти в магазин за киндерами, ведь сегодня праздник. Устав от криков, Марина сдалась, купила киндера и пельмени, потому что готовить сил не было.
Дома её ждал аромат жареной картошки и вишнёвого компота. Старшая Василиса заявила, что мальчик позвал её подругу на свидание, поэтому у неё нет парня, но это даже к лучшему прыщ на лбу вырос. В честь этого она решила приготовить ужин. Средние дети убрали комнаты и оттерли маркеры с белой тумбы. Марина, растрогавшись, обняла детей и поняла, что всётаки любит их, не только когда они послушны, но и всегда. Достала из шкафа старое чёрное платье, которое давно не надевала, и взяла у старшей дочери духи, у средней блеск для губ.
Мама идёт на свидание! обрадовалась Василиса.
Егор заплакал, пришлось его успокоить, пообещав, что мама скоро вернётся.
В ресторан Марина приехала взволнованная: кто же её ждёт? Странно свидание с незнакомцем. Хотя нет, не с незнакомцем, а с тем, кого она знает, но кто именно? Как в тайном Санте: подарок без имени. Леонид? Васька из снабжения? А может Сергей Петрович Ларин, руководитель отдела? Он бы не получил в подарок велосипед, а скорее почтовый ящик Печкина.
Войдя в ресторан, Марина уже решила уйти, но увидела его Сергея Петровича Ларина, стоящего у входа, слегка покрасневшего от её взгляда. Он не смог отвести глаз.
Я боялся, что ты не придёшь, проговорил он.
Они не были на «ты», но Марина уже приняла, что от этого странного дня может произойти всё, что угодно. Она прошла за официанткой к столу у окна. С потолка свисали разноцветные сердечки, и Марина подумала, что её дочь сейчас идёт на свидание, а не она. Нужно было срочно придумать план спасения.
Разговор шёл неловко: Сергей волновался, молчал, уставлялся, а Марина пыталась поддержать светскую беседу, но ей хотелось смыться, а не жевать баклажановые чипсы и резать стейк. «Пусть произойдёт чтонибудь! молилась она. Младшие разрисуют стены, средние искупают кошку, Вика поймёт, что предала, и позовёт меня мириться!»
Молитва была услышана: после третьего куска стейка зазвонил телефон. На экране светилось имя старшей дочери, и Марина ответила:
Нужно взять детей.
Она, не скрывая тревоги, рассказала Сергею о своей семье, надеясь, что он отменит свидание. Он, улыбаясь, сказал, что сам был единственным ребёнком и всегда мечтал о большой семье.
Вика рыдала в трубку:
Мама, пожар! Павлику захотелось жарить сырные палочки, масло загорелось
Марина замерла. В её груди всё сжалось, будто сердце готово разорваться.
Что случилось? испугался Сергей.
Пожар выдохнула она.
Он действовал удивительно спокойно: одной рукой достал карточку, позвал официантку, другой набрал пожарных, уточнив адрес, и, тем временем, отдал детям инструкции: обуваться, бежать на улицу, стучать в двери, не пытаться спасать вещи.
Через пятнадцать минут они уже были у дома, а пожарная машина стояла у подъезда. Соседи собрался вокруг плачущих детей, из окна валил дым.
Я больше никогда не скажу, что не люблю их, твёрдо произнесла Марина. Я стану лучшей мамой! Она прижимала детей к себе, удивляясь чужим курткам и шапкам. Мир полон добрых людей, так она всегда знала.
Пожар потушили быстро, пострадала лишь кухня, в остальных комнатах пахло гари, а кошку Василиса успела спасти.
Здесь ночевать нельзя, заключил Сергей. Понадобится ремонт. Предлагаю переехать ко мне.
Как это? испугалась Марина.
Сергей посмотрел её прямо в глаза и сказал:
Как захочешь. Можно просто в гости, а можешь остаться надолго.
Дети с любопытством уставились на Сергея, будто только сейчас заметили его. Егор снова завыл, Павлик нахмурился, а Лина спросила, есть ли у него мультики.
Есть, пообещал он. И кот, и собака. Поедем?
Что за собака? спросил Павлик, поднимая брови.
«Прямо как Алексей», подумала Марина с нежностью.
Бигль, ответил Сергей, и Марина поняла, что Павлик наконец получил то, о чём мечтал весь последний год.
Василиса, оценив ситуацию, сказала:
Я пойду соберу вещи. Егор, хватит плакать, собирай машинки.
Марина с благодарностью взглянула на дочь, та подмигнула ей поженски. Как быстро она взрослеет! А Павлик никогда этого не увидит
Хорошо, сказала она. Переночуем у тебя, спасибо. Завтра придумаем, что делать дальше.
Мама, смотри! крикнула средняя дочь Зинаида, и Марина подняла голову. По небу летел красный шарсердце. Она улыбнулась и произнесла:
Птички тоже празднуют.
Сергей незаметно взял её за руку. Его ладонь была мягкой и тёплой, непривычной, но Марина не спешила отпускать её.
