Злата, давай обсудим условия у кромки озера, так сказать. Я буду обеспечивать тебя всем, а ты ничего не требовать. Всё останется моим детям. Согласна? спросил меня недавно мой новоиспечённый супруг, Илья, с лёгким сомнением в глазах.
Согласна, Илья, вздохнула я.
Эти слова прозвучали пять лет назад. Я никогда не стремилась к браку; мне было уютно одной. Наверное, я была жалкой эгоисткой. У меня была хорошая работа в финансовом отделе, небольшая квартира в Москве, подруга Алёна и кот Барсик. Что ещё желать?
Но время шло, и вокруг всех начинали появляться супруги и детишки. Лучшей подруге Алёне, у которой завёлся муж и ребёнок, пришлось переехать в Хельсинки, Финляндия. Каждый раз, когда я встречала знакомых, меня сразу бросали в вопрос: «Ну как, уже замужем или всё ещё в поиске?» Что ответить? Уже замужем или ещё в ожидании?
Однажды я встретила молодого человека, Ивана. Думала, схожука я замуж, сменю статус: от одинокой девы стану женой. Окрутила я Ивана, он, как отрезок тени, не успел даже опомниться. Он был порядочный парень: спокойный, добрый, умел готовить. Но я его не любила. И заставить себя полюбить не могла. Иван пытался угодить, я ощущала его старания, но
Мы жили вместе три года, а потом Иван неожиданно скончался в тридцать шесть лет, сердце подвело. Смерть не спрашивает о недосугах. Грызли совесть и душу терзали вопросы: виной была моя равнодушность, безразличие. Я решила хватит, теперь замуж никогда!
Алёна звонила, хвалилась своей финской жизнью, приглашала погостить. Собралась я в путь к подруге. Прилетела в Хельсинки, всё казалось новым. Алёна без умолку рассказывала о быте.
Злата, сегодня мы идём к дню рождения босса моего мужа. Пойдёшь с нами? Я его предупредила о тебе. Вячеслав уже хочет с тобой познакомиться. Я ему твоё фото показала, запиналась Алёна.
Ты с ума сошла? Зачем мне он? Финн, не пойду! возмутилась я.
Ох, глупая ты! Вячеслав хороший человек! Разведён, ищет, два взрослых сына у него. Не упусти шанс, Злата! уговаривала подруга.
Ладно, подумаю, уже сдавалась я, не ведая, как позже окажусь безмерно благодарна Алёне.
И ничего не думай! Мы его женим на тебе! вдруг выкрикнула Алёна. Казалось, за меня всё уже решено. Согласилась, ведь не хотелось обидеть подругу.
Вечером Алёна, её муж и я пришли к Вячеславу. Нас встретил внушительный мужчина средних лет, почти король в своей квартире. Я обомлела: такой красивый и статный жених. Вячеслав поцеловал мне руку, пригласил к столу. Я готова была сказать «да» прямо сейчас. Весь вечер мы обменивались многозначительными взглядами, улыбками, шутками. Оказалось, он в совершенстве владел русским, ведь его бабушка родом из Подольска. Мы обменялись номерами телефонов на всякий случай, ведь жизнь непредсказуема.
После визита я, окрылённая, вернулась домой. Всё время мечтала о Вячеславе, хотела любить и быть любимой. Он часто звонил, разговоры длились по три часа, будто мы знакомы вечность.
Наконец, Вячеслав попросил меня выйти замуж. Я, ни секунды не раздумывая, мчалась обратно в Хельсинки. На аэропорту меня встретил он с роскошным букетом красных роз, присев на одно колено. Я смутилась, а вокруг все наблюдали за сценой, хлопали в ладоши и улыбались.
Он вручил мне цветы, страстно поцеловал, поднял на руки и понёс к такси. Мы приехали к его дому, где три дня безудержной любви пролетели мгновенно, как вспышка. Мы не желали говорить о будущем, всё было ясно.
Вячеслав пригласил меня к знакомству со своими сыновьями и матерью. Шок охватил меня: два женатых сына, почти двадцатилетние, посмотрели на меня оценочным взглядом и кивнули, будто я им давно не хватала. Мать, будто сто лет, сидела в инвалидном кресле, горделиво, но ни один из них порусски не говорил. Я подумала, что мне придётся жить в этой «весёлой» семье. Вячеслав понял неловкость, но ритуал знакомства прошёл, и мы сели за праздничный стол, где молчаливое вкушение яств заменило разговоры.
К счастью, сыновья жили в другом городе, а мать в доме престарелых, ей было 93 года. Когда всё уладилась формальностями переезда, Вячеслав поставил условие: после его смерти всё имущество перейдёт сыновьям, а я, как жена, получу достойные похороны. Я согласилась, нотариус всё заверил. Сыновья же не верили, постоянно мешали нашему спокойствию, заставляли меня ездить к детям в другие города каждую неделю и навещать мать в доме.
Я не работала, два раза в год выезжала в Европу, любила мужа, и плюсов было больше, чем минусов. Четыре года прошли в приятных и не очень хлопотах, пока Вячеслав тяжело не заболел, прикованный к постели. Уход за ним, посещения матери, общение с сыновьями легли на мои плечи, жизнь замерла. Год болезни и моей заботы заставил Вячеслава пересмотреть завещание в мою пользу, но я не могла спать от решений.
Однажды утром сыновья стояли у нашего порога, как будто их ноги задрожали от тревоги. Сыновья, с открытой злостью, уговаривали отца отступить, говоря: «Жёны можно менять, а сыновья навсегда». Я сидела в стороне, видя, как Вячеслав устал от их ноток. Я попросила тишины и начала говорить пофински, который я выучила.
Не переживайте зря, дорогие. Я ни на что не претендую, кроме вашего отца. Хочу лишь его выздоровления. Я никогда не строила воздушных замков.
Сыновья позвали своих жён, которые стояли в стороне, ожидая. На дворе две фрау сидели на скамейке, взглянули в глаза мужьям, те кивнули. Вячеслав попросил всех выйти, кроме меня. Родственники медленно вышли.
Злата, ты действительно от всего отречёшься? Почему? Если всё так, останешься одна, удивился Вячеслав.
Для меня главное ты. Всё остальное не имеет значения. Поправляйся, Вячеслав! едва сдерживая слёзы, произнесла я. И это была правда.
Вячеслав не падал духом, хотел поправиться. Когда я сообщила, что в нашей небольшой семье скоро появится пополнение, он окончательно окреп.
У нас родилась дочь Анастасия. Вячеслав захотел назвать её в честь своей мамы, которой исполнилось много лет. Я не возражала. Вячеслав обожал и лелеял Анастасию, а его сыновья возненавидели малышку, ведь она была прямой наследницей. Я попросила мужа раздать наследство сыновьям, оставив лишь дом для нас. Спокойствие важнее.
Вячеслав не стал возражать.