Ну ты же все равно дома сидишь, тебе что сложно, что ли? Взрослая женщина, а ведёшь себя как эгоистка! голос в телефоне звенел от возмущения, чуть ли не срываясь на визг. Алина с мужем в Большой театр собрались, билеты ещё месяц назад взяли, а у меня с утра давление скачет. Ну куда мне с детьми? Ты здоровая, как конь, отдохнешь ещё.
Я отодвинул телефон от уха и посмотрел на экран. Разумеется, Надежда моя золовка. Человек, который свято верил, что весь мир существует исключительно ради её семьи. Пятница, восемь вечера. Я только что зашёл в квартиру после сложной недели, скинул туфли, в которых ноги горели, и мечтал только о горячей ванне и чашке чая с мятой. Отчёт годовой, проверка из налоговой, и новый начальник устроил очередной реформенный шабаш. В голове гудело.
Надя, я не дома сижу, я только что с работы пришёл, попытался спокойно объяснить я. Завтра, между прочим, единственный выходной за две недели. Хотел поспать, заняться своими делами.
Какими делами? тут же перебила она. Пыль протирать или телевизор смотреть? Мы к спектаклю готовились, а вы культуру не цените! Это же племянники твои, дети Вики! Ты что, чужим стал, что ли? Ты бы никогда не отказал, да вот трубку не берёшь.
Виктор сейчас на совещании, задерживается, отрезал я. И причём тут он вообще? Сидеть-то с мальчишками мне предлагается, а не ему. Надь, давай по-честному у Алины два сына, четыре и шесть лет, они как электровеники! Тут нужно здоровье, терпение, а я никаких резервов не ощущаю. Почему бы Алине не нанять няню?
После паузы, будто собираясь для атаки, Надежда выдала:
Няню? Ты рублёвые расценки видел? Молодым платить нечем, у них ипотека, каждая копейка на счету! Ты у нас, видать, богатенький стал, если такими советами разбрасываешься! Не ожидала, что у тебя сердце такое чёрствое. Спасибо, помог, называется.
Она бросила трубку. Я сел, тяжело выдохнул. Сценарий этот я знал наизусть: сначала просьба с требовательным подтекстом, потом давление на жалость, а если не сработает обида, громкие обвинения в чёрствости. Первый год после свадьбы с Викторией я и правда пытался быть идеальным мужем и «правильным» зятем: принимал внезапных гостей, помогал свекрови на даче, сидел с младшей Алиной, когда той было некому доверить дочку. Теперь Алина подросла, родила своих детей, а отношение ко мне осталось прежним как к бесплатному ресурсу.
Час спустя Виктор появился дома видно, что устал, серый весь. Обнял и сразу на кухню, даже куртку не снял.
Мама звонила или Надя? кивнул на мой телефон.
Надя, вздохнул я. Требовала выйти завтра с близнецами. Алина идёт в театр.
И что ты?
Отказал, пожал я плечами.
Виктор вздохнул, руки потер.
Может, стоило бы… Ну ведь обида теперь будет. Надя нас всем родством заклюёт: какие мы бессовестные.
Пусть рассказывает, я чуть сильнее, чем надо, поставил Наташе рагу на стол. Вить, мне отдых нужен, не выдержу я этих двух ураганов в тесной «двушке» ещё после ремонта, между прочим! Ты помнишь, что в прошлый раз было? Обои исписаны, любимая кружка разбита та, что подарили коллеги. А и спасибо никто не сказал: «Это же дети, ну что с них взять». Надя добавила, мол, посуду надо повыше ставить.
Было неприятно, да, с грустью заметил муж, пробуя еду. Но всё-таки родня…
Родня когда люди взаимно заботятся друг о друге, а не вспоминают, если только отдать или сделать что-то надо, спокойно отрезал я. Вот когда я неделю с гриппом лежал, Надя мне звонила спросить, как я? Нет. А когда ей мебель помочь двигать, ты сорвался даже не раздумывая.
Виктор промолчал. Эти споры ничего не решали, он традиционно уходил в «страуса» прятался, надеясь, что шторм утихнет сам собой.
В субботу меня разбудил звонок в дверь не музыка утра, а грозный, бесконечный. На часах без пятнадцати девять. Супруга перевернулась на бок, только рукой махнула.
Кто там в такую рань?
Звонок всё не прекращался будто зажали кнопку. Я надел халат, шагнул на кухню. В глазок Алина, с ярким макияжем и укладкой, за ней два мальчишки Стёпа и Гриша.
Открыл дверь на цепочке, чуть.
Ой, дядя Лёша, ура! затараторила Алина. Мы торопимся, возьмите ребят, они позавтракали уже. Только обед и всё, мы к шести вернёмся!
Алиночка, вчера же маме твоей сказал: не могу.
А мама сказала ты капризничаешь, жмётся, пихая пакет мне в дверь. Не начинай! Билеты дорогущие, билеты пропадут! Стёпа, не балуйся!
Послушай, прервал я твёрдо, упираясь дверь не открыть, я отказал. Это значит нет. Я не возьму детей.
Вы сговорились, что ли? злость моментально сквозанула в тоне Алины. Куда я их? Мама не в состоянии!
У тебя муж есть, свекровь есть, няни есть решайте, как хотите. Я не согласился.
Тёть Вика! крикнула она в дом. Говорите ему!
Виктор вышел, сонный, смотрит жалостливо не знает, за кого схватиться. Я глянул и сразу: если хочешь реально возиться, я погуляю целый день вне дома, возвращаться не буду. Справишься сам вперёд.
Муж сразу побледнел: против своих гиперактивных племянников он бы не устоял и полчаса.
Лена же заранее отказала, пробормотал он Алине. Зачем наезжать?
Ну вы и… Алина злобно смотрела. Семья, называются! Раз в году попросили и вот вам! Стёпа, Гриша, пошли! У нас бабушки нет, одни эгоисты.
Пакет бросила, посмотрела с такой ненавистью, что меня перекосило. Дверь захлопнулась: наступила тишина.
Жёстко, буркнул Виктор, включая чайник. Можно было мягче…
Я двадцать лет был «мягким», толку? устало ответил я. Мягкость у наших родственников = слабость.
Весь день шёл шквал звонков. Надя, свекровь из Тулы, даже четвероюродная Клава из Мурома решила обзвониться. Я вырубил звук. Виктор не устоял снял трубку на звонок мамы. Я услышал: «Мам, Лена устала… Не выгоняли… Никаких глупостей…». Закончил оказался будто мешок картошки разгрузил.
Мама плакала, говорит мы позор семьи. Надя всё сорвала, пришлось само ехать сидеть, у неё криз.
У Нади криз всегда случается, когда дело пахнет жареным, отозвался я, не отрываясь от книги. Все взрослые, настырно приехали, думая, что я поддамся давлению. Если сломаюсь сейчас так и будут ездить.
Ну вот теперь мы враги номер один, горько усмехнулся Виктор. В семейном чате уже эпопея накатана про нашу черствость.
Покажи, попросил я.
Он протянул телефон. В «Семья Ивановых» реплика Нади длиннющая, с упреками, горестями, жалобами и фразой «Бумеранг вернётся, Бог судья».
Прочитал. Усмехнулся.
Самое смешное, говорю, ни слова о том, что меня вообще не предупреждали. Всё подано, будто у них были договорённости, а я в последний момент отказался.
Я напишу, как есть, решительно выкрикнул Виктор.
Не надо ничего писать, остановил я. Оправдываться значит, чувствуешь себя виноватым. А нам не в чем виниться. Пусть ворчат.
Прошла неделя в обстановке «холодной войны». С Виктором не разговаривали, на меня смотрели косо, а при встрече во дворе демонстративно отворачивались. Но самое интересное случилось в следующую пятницу.
Я возвращался из офиса, забежал в «Пятёрочку». В молочном отделе в лоб столкнулся с Надей: румяная, с икрой, коньяком, никакой печати гипертонии. Увидев меня, Надя хотела пройти мимо, но проход оказался узкий.
Привет, Надя, спокойно поздоровался я.
Здоровается ещё! процедила она ядовито. Совести у тебя нет? Марина с Сергеем поссорились теперь, он на футболе не был, с детьми сидел всё ты!
Надя, не устраивай цирк. Если отношения у Алины и Сергея настолько на соплях, что вечер с собственными детьми катастрофа, то тут не моя вина. И вообще, по Семейному кодексу РФ, за воспитание детей отвечают родители.
Ты не по закону, а по совести делай! Родные, между прочим.
А когда ты последний раз просто так позвонила? А когда мы твою кухню чинили весь день ты тогда даже спасибо не сказала. Когда маме врача надо было найти отмахнулась. Деньги на машину одолжить нет, а через день фотки из Сочи. Это родство?
Надя залилась пятнами:
Чужие деньги не считай! повысила голос, одёргивая сумку.
Не завидую. Просто теперь выводы сделал. Я не бесплатная служба. Хотите уважения будьте вежливы. Манипулировать детьми больше не получится.
Я пошёл к кассе. В душе стало легко, как будто сбросил лишнюю тяжесть.
Вечером Виктор встретил меня со странной улыбкой.
Марина звонила, представляешь? Не ругалась извинилась. Оказывается, Сергей прочёл в чате Надохин пост. Сказал Алине: ему стыдно за «этот цирк» и за то, как они навязываются. Требовал объяснения оказалось, что я вообще заранее отказал, а Алина ему другое рассказывала. Разобрались. Теперь они платят няне деньги обнаружились!
Я только рассмеялся.
Ну вот, обнял жену, в эти выходные поедем на дачу, как хотели. Без «сюрпризов».
С родственниками отношения остались прохладными, но меня устроило: теперь перед просьбами слова подбирают, и даже если что спрашивают с уважением. Я понял главное: мир в семье не из «мерной доброты», а из чётких границ. Пусть пару недель побуду «противником номер один», зато теперь меня уважают и не принимают за бесконечно удобного.
Вот таким опытом хочу поделиться иногда главный шаг к гармонии в семье это смелость сказать «нет» и отстаивать свои границы, пусть даже за это появится пара временных врагов.
А жизнь стала спокойнее.