Моему сыну недавно исполнился 31 год, и он сообщил мне, что жильцы, проживающие в квартире его отца, должны съехать, потому что он хочет переехать туда со своей женой.

Ты знаешь, сегодня задумалась, как же стремительно уходит время Артёму уже тридцать один год, представляешь? Недавно он мне сказал, что жильцы, которые снимают квартиру его отца, должны съехать, потому что он собирается переехать туда с женой, Ольгой.

Я всегда была уверена: всё, что с нами происходит, не случайно, и каждый несёт ответственность за свои поступки. Наши решения в прошлом формируют то, что мы имеем сейчас. Когда-то я совершила большую ошибку, связавшись с Павлом он был легкомысленным, совершенно не умел отвечать за свои слова. Я доверилась ему, хотя знала, что он легко увлекается другими женщинами, надеялась, что ради меня он изменится. Но, как оказалось, люди не меняются даже после рождения Артёма Павел продолжал искать новые отношения.

Потом стали доходить слухи о его новых романах рассказывали знакомые, соседи, даже родственники. Я чувствовала одновременно унижение и боль, не могла разобраться в себе. В таком состоянии я прожила пять лет. В итоге Павел решил оставить свою квартиру и переписал её на сына, чтобы не платить алименты. Я снимала эту квартиру у бывшего мужа, жила там с Артёмом и мамой, которой нужен был постоянный уход.

Я всегда старалась дать Артёму всё самое лучшее. Все рубли, что получала от аренды, тратила на его учёбу, одежду, необходимые расходы. Хотела, чтобы у него было счастливое детство. Деньги уходили также на коммуналку, продукты и лекарства для мамы. Я верила, что когда он вырастет, он оценит мои старания. Но сейчас, в пятьдесят семь лет, я борюсь с диабетом. Чтобы прожить день, приходится следить за сахаром и делать уколы инсулина.

Из-за болезни работать я не могу, и никто не возьмёт на работу женщину моего возраста с диабетом. Единственный доход деньги от сдачи квартиры. Артёму исполнился тридцать один, и он недавно сказал, что жильцы должны освободить квартиру, потому что он хочет жить там с Ольгой. Когда я попыталась объяснить, что мне негде будет жить, он ответил, что это мои проблемы.

Я не могу понять, почему, несмотря на все усилия, мне не удалось накопить на пенсию. Не знаю, что делать дальше Нужно покупать лекарства, продукты, оплачивать счета. Как мой собственный сын мог поступить так со мной? Кем он себя считает?

Оцените статью
Моему сыну недавно исполнился 31 год, и он сообщил мне, что жильцы, проживающие в квартире его отца, должны съехать, потому что он хочет переехать туда со своей женой.
Кризис среднего возраста. Когда на 45-летний юбилей Галине муж с детьми подарили путёвку в санаторий — её мир перевернулся, и жизнь замедлила ход… Слова «санаторий», «водолечебница» и «процедуры» вызывали у неё тоску по молодости. Внешне она не показала, что такой «роскошный» подарок — словно пощёчина по накрашенной щеке. Благодарила, улыбалась и даже прослезилась! Но никто в кафе не знал, что это были слёзы отчаяния, разочарования и тревоги: часы тикают, дети растут, а мы не молодеем… Где взялись эти годы и кто придумал, что в 45 женщина — «ягодка опять»? Персиком себя Галя давно не ощущала, но и до кураги, считала, ещё не дотягивает, а путёвка заставила задуматься: «А может, действительно — курага?» Коллеги, кумовья и друзья, изрядно выпив, подпевали музыкантам. Танцы — до упаду! Галя переживала за целостность керамической плитки на полу дорогого ресторана. Гуляй — сколько влезет! И как ни старалась юбилярша держать марку, выглядеть беззаботной и весёлой, 12-сантиметровые шпильки на модельных лодочках не давали забыть о «солидном» возрасте, а утягивающие трусы, которые дочь привезла из столичного магазина, казалось, уже передавили все жизненно важные органы, нещадно натирали бока. «Вот тебе и первые звоночки, мать!» — не выходило из головы. Главным желанием было: скорее бы домой, закинуть на антресоль «орудие пыток» на высоченных каблуках и надеть мягкие домашние тапочки. Снять утяжки, вскочить в ночнушку, которую муж шутя называл «парашютом», и лечь в кровать! Но надо было держать марку, хотя бы до подачи торта… Не зря же она всю неделю готовилась к этому «дню икс»? Понедельник — маникюр и педикюр, вторник — коррекция бровей и наращивание ресниц, среда — эпиляция всех зон, включая бикини, четверг и пятница — отходила от эпиляции, особенно интимной зоны, а в субботу (в день праздника) — причёска и макияж. Но гости не собирались расходиться, хоть торт уже давно порезали и разложили по пакетикам, вдруг кто не осилит, всё веселились! Галя хотела торта так, что аж-аж, но сдерживала себя и мысленно призывала силу и волю, чтобы не сорваться! Ведь три недели до этого сидела на диете от крутого фитнес-тренера — куриное филе и гречка. Все эти мучения ради того, чтобы влезть в шикарное платье от самого Валентина Юдашкина (подруга привезла заранее, чтобы была мотивация). Осточертевшая курятина с гречкой (несолёной, на секундочку) уже снилась ночами! «Я или скоро кудахтать начну, или яйца нести!» — жаловалась своим. Но желаемого добилась — на юбилее выглядела королевой! Ближе к полуночи все начали расходиться, пряча в карманы дорогих пиджаков и блестящих клатчей пакетики с кусочками праздничного торта и искренне благодарили, обнимали и целовали хозяйку так, что дорогое платье трещало по швам. Именинница поехала отдыхать, заранее себя настраивая негативно — что хорошего может быть в водолечебнице? Но место оказалось неплохим, даже Vip! Единственное, что напрягало — рассчитан на отдыхающих 50+, с хроническими остеохондрозами. Сидячая работа в бухгалтерии дала о себе знать, и Галя часто жаловалась на боли в пояснице, так что не стоит удивляться, что оказалась среди пожилых с похожими болячками. Поселили её с бабушкой-одуванчиком, которой было далеко за семьдесят. «Господи, какие у нас могут быть общие интересы?» В этой старушке раздражало всё: мелкие шаги, слишком насыщенный аромат лавандовой воды, ярко-зелёные лосины и вставная челюсть, которую она на ночь оставляла на тумбочке в стакане с водой. Галю не успокаивали ни красоты вокруг, ни чистый воздух, ни европейский сервис. Ходила злая, как пёс Барбос, когда его кусают блохи, только Галю кусали её горькие мысли о кризисе среднего возраста. «Наверное, это и есть старость!» — всхлипывала в новую ортопедическую подушку, набитую гречневой шелухой. Через несколько дней стало ещё хуже — врач назначил ежедневные процедуры в гейзерном бассейне, а она, глупая, стареющая женщина, забыла дома купальник! Ну, делать нечего — надо устроить шопинг! Шопинг — громко сказано, среди тысячи сувенирных лавок с резными свистульками, гуцульскими топориками, овечьими шубами и козьим сыром купальника не нашла. Но, разочарованная, по дороге назад зашла в местный супермаркет, чтобы утешиться Сникерсом и латте в большом бумажном стакане (всё равно платье от Юдашкина треснуло по спине, когда после юбилея пыталась снять), и была поражена. В отделе, где обычно продают житомирские носки, дешёвые майки и страшные соломенные шляпы, висел вполне приличный, как для такого случая, купальник. Закрытый, чёрный — классика среди безвкусицы. Размер тоже её, правда, быстро скрутила его жгутом, чтобы никто не увидел два икса перед заветной элькой. Кассирша, хрупкая молодая девушка, лет двадцати, приветливо улыбнулась, пробивая товар. Где-то внутри неприятно кольнула зависть к её свежему лицу, тонкой талии и гладким волосам. — Если хотите, у нас есть примерочная! Могу провести. Тогда точно будете уверены, что подойдёт! — предложила. Гале показалось, что девушка над ней насмехается, намекая на лишний вес и возраст. Хотелось нагрубить! «Что она понимает? Видела бы она меня 20 лет назад! Тогда я носила такие купальники, что все мужчины на пляже теряли головы! У меня была такая фигура, такая кожа, что мировые подиумы могли бы пасть к моим ногам! А я…» Вдруг её гневные мысли прервал звук клаксона… Галя обернулась и увидела соседку по комнате. В руках бабушка-одуванчик держала роликовые коньки, а рядом стоял розовый самокат с клаксоном. Галя смущённо отошла в сторону, пропуская бабушку. — Для внуков подарки? — поинтересовалась продавщица. — Нет, это я буду учиться, между процедурами! — по-девичьи подмигнула кассирше. Через две недели Галя вернулась домой совсем другой. Уже на вокзале сказала мужу, что надо заехать в спортмагазин за велосипедами, на выходных пойти на каток и обязательно записаться в школу хип-хопа! Дома выбросила ночнушку-парашют и полезла на антресоль за туфлями на 12-сантиметровом каблуке. Увидев удивлённый взгляд мужа, крепко обняла его и прошептала на ухо: «А что? Мы только жить начинаем! До кризиса нам ещё, как до Москвы пешком!»