28 августа 2004г.Москва.
Сегодня я навсегда запомню эту дату. После тренировок на теннисных кортов Москвы я ожидал подписания контракта, над которым шли два тяжёлых года переговоров. Подписав бумагу, я почувствовал, как будто обеспечил будущее своё и своей семьи жена Светлана уже была в последнем триместре, а в наших планах было уже два поколения вперёд. С документами в руках мы подняли по стопке водку и отпраздновали.
В тот же миг зазвонил телефон. Это была Светлана: «Максим, кажется, пора ехать в роддом».
У меня сейчас встреча, а потом важное совещание. Мы сможем поехать позже? спросил я.
Она слегка помедлила, а потом ответила: Знаешь что, отвези меня в роддом, а потом делай, что хочешь.
Я отложил встречу. Прибыв в роддом, врачи сразу сказали: «Она рожает!» И меня повели в родильное отделение. Порадовал меня вопрос врача: «Вы будете присутствовать при родах?» Не успел я сообразить, как на меня накинули белый халат, и, в костюме, галстуке и портфеле в руках, я оказался среди рожениц.
Через мгновение я держал на руках уже запеленованный ребёнок. Это был наш сын, Станислав. Если честно, я никогда не помню день своего рождения, но точно помню тот миг, когда стал отцом. Эта мысль наполнила меня смыслом жизни. Я захотел вырастить в нём сильного, целеустремлённого победителя, ведь в нашем мире правит конкуренция. Всё моё воображение вращалось вокруг того, как сделать из сына лидера: лучшую школу, спорт, книги о лидерстве всё, что могло закалить характер.
Друг Иван, мастер спорта по боксу, предложил: «Максим, приводи Станислава в мою секцию, там из него сделают настоящего мужчину». Мы начали. Через пару месяцев Иван сообщил, что у Станислава нет желания биться, нет стремления к победе.
Я в курсе, ответил я. Его тянет к манге, фэнтези Но я считаю, что спорт, дисциплина и личностный рост дадут ему истинное лидерство. Я запрещаю ему походы с друзьями, потому что учёба и тренировки важнее.
Однажды Светлана позвала меня в травматологию на Садовой улице. Оказалось, что у Станислава в драке в соседнем дворе порвана губа и выбиты два зуба. Бокс пришлось отложить. На выписке Светлана взглянула на меня упрёком: «Ну и чего ты добился?» Я лишь сказал, что шрамы делают мужчину красивее.
Сын спросил, как всё случилось, но лишь развёл руками, а в блокноте написал: «Не заставляй меня ходить в боксерскую секцию». Я воспринял это как слабость и настоял, чтобы он продолжил тренировки после выздоровления.
«Соревнования ведут к успеху, к настоящему лидерству», говорил я Светлане. «Нужно уметь постоять за себя». Она отвечала: «Максим, правила звучат красиво, но человек не должен победить никого, кроме самого себя». Мы так и не пришли к согласию.
После средней школы Станислав пошёл в лицей. Учёба шла отлично, но в новой школе у большинства одноклассников плохие оценки по математике, а отношения с учительницей были напряжёнными. Когда сын попросил участвовать в олимпиаде по математике, учительница ответила, что «это никому не интересно». За решение задачи в меньшем числе шагов он получил неудовлетворительно, потому что «не по методике».
У одной девочки появились панические атаки, а у Станислава частые носовые кровотечения. Оценки падали, желание ходить в школу исчезло, стали головные боли. Я упрёк его в слабости, говорил, что нужно учиться лучше и боль не повод бросать школу.
Однажды он не встал утром, погрузился в апатию, перестал выходить из комнаты, закрыл окна чёрными шторами, глаза стали пустыми. Я был в отчаянии, впервые не знал, как поступить. Врач поставил диагноз синдром Аспергера. Слова врача звучали как приговор. Я не мог поверить, что наш живой, весёлый мальчик превратился в «Аспергера». Всё, во что я верил, рассыпалось, как песочный замок под волной. Я будто постарел на десять лет.
Станислав стал ходить к психологу, но прогресса не было. Светлана не сдавалась: она нашла ктому специалисту, и мы записались к нему. Через месяц занятий я заметил, как глаза сына стали теплее, в душе проснулась надежда. Мы с нетерпением ждали встречи с врачом. Светлана позвонила: «Слушай, врач хочет встретиться с тобой один». Я спросил, почему именно со мной, а она лишь добавила, что врач попросил меня прийти лично.
Я ехал к врачу с дрожащими руками, будто мальчишка, в голове крутились догадки.
Добрый день, Максим, начал врач. У вашего сына положительная динамика, он становится лучше.
Спасибо, ответил я, а почему меня пригласили без Светланы?
Мы хотели поговорить только с вами, сказал он. У Станислава нет синдрома Аспергера. Он просто иной.
Я почувствовал, как земля уходит из-под ног, голова закружилась. Я не совсем понял, о чём он.
Я понимаю, что каждый родитель хочет дать ребёнку всё лучшее: образование, кружки, спорт. Но воспитание требует мягкости. Не стоит слишком давить, каждый ребёнок имеет свой путь, даже если мы пока его не видим.
Как мне войти в его мир?
Не пытайтесь войти, позвольте ему развиваться сам.
Как направлять его?
Пусть чаще общается с друзьями, ходит в походы, заведите домашнее животное. Дети и животные лучшая среда для него.
Как воспитывать?
Оставьте детей в покое: они учатся на своих ошибках. Вы можете предложить пример, но он возьмёт то, что ему нужно. Не заставляйте его жить чужой жизнью, иначе вы загоняете его в депрессию.
Эти слова пронзили меня, как луч надежды. «Другой путь» повторялся в голове.
Я стал искать иной мир, где не нужно быть первым, где важны взаимопонимание и умение чувствовать других. Я перечитал всё, что мог найти о таком подходе. Моя голова крутилась, но я понял, что строил храм для сына, а не учитывал, сможет ли он в нём жить. Я перестал навязывать планы, стал слушать, отпустил его читать то, что любит, и позволил свободу.
Жизнь постепенно менялась. Станислав ушёл из бокса, записался в баскетбол, попросил купить книги о единстве, астрономии, животных и дружбе. Он стал бойскаутом, каждую субботу ходит в походы с друзьями то, чего я раньше запрещал.
Я теперь стараюсь видеть в людях их сущность, а не свои ожидания. Мы с Светланой радуемся каждому его шагу, каждому успеху. Сейчас он живёт полной жизнью, счастлив. И я тоже изменился. Понимаю, что настоящий лидер не указывает путь, а освещает его. Быть отцом значит отдавать, не ожидая вознаграждения, поддерживать, а не управлять. И главное: отец растёт вместе с сыном, а не наоборот.
