Маленький, мокрый, дрожащий. Смотрел молча, как будто молился. Я поднял его грязный, тёплый комок шерсти. Никто его не оттолкнул, лишь устроился на месте. Я шёл с работы, проходил мимо магазина на Тверской. И вот он лежал, будто ждал меня. «Только на пару дней», прошептал я жене. «Матьсвекровь нас разъест. Спрячем в кладовку, там потеплее.»
Свекровь холодна, как утренний иней. Всё по расписанию: ужин в шесть, уборка в семь. Эмоций не допускают. Живёт с нами, а мне уже почти пятьдесят. Вторая женитьба без иллюзий, но с надеждой на покой и близость. Надежда добрая, светлая. Её мать как кирпичная стена.
Я сделал для пса уголок: старый плед, бутылку с тёплой водой, миску. Он ел из моей ладони, искал прикосновение, голос, тепло. С Надеждой я тайком наблюдал за ним. Смеялись, как дети. Было красиво.
Пока свекровь не открыла дверь.
Что это за зоопарк?!
Застыла.
Здесь не приют. Выгоняй его! Собаки здесь не допускаются! бросила она, даже не посмотрев.
Я вышел. Думал, что пройдёт разговор, но когда вернулся его уже не было.
Где он?
Я отнёс его в мусорный бак. Откуда ты его взял?
Без слов я сел в машину и целый день искал его. Нашёл под ящиком у рынка. Дрожал. Увидел меня. Признал. Сделал резкий прыжок и уже в моих руках. Но не вез я его домой поехал в дачу. Той ночью мы провели вместе: я на раскладушке, он у моих ног, морда у ботинка. Спал так, будто боялся проснуться.
С тех пор каждый уикенд сажали деревья, построили ему домик. Он рос, смотрел в глаза, ждал.
Позже Фёдоровна заболела. Врачи сказали свежий воздух, покой. Я отвёз её в дачу. Пёс тихо подошёл, сел у её ног.
Кто это?
Помните эту собаку? Это он.
Ты меня помнишь? спросила она, погладив его неуклюже, но не отстранившись. С тех пор они были вместе: она в кресле, он у её ног, слушает, а она говорит.
Теперь, когда я прихожу, они оба находятся на веранде. Пёс кладёт голову ей на колени. Она гладит его и улыбается. И я понял: Фёдоровна не боялась пса. Она боялась оставить в доме чтото, что растопит лёд в её душе.
А он вошёл и остался.
Ты как думаешь можно ли простить человека, который однажды не дал шанса, а потом сам в нём нуждается?