Вот бы после того, как двоюродный брат Роман у нас пожил, все твои родичи не потянулись обращаться за ночлегом, улыбаясь, произнесла Мария, моя жена, будто шепчет фразу из-за стеклянных облаков.
Не волнуйся, милая. Роман капля среди моря, уверенно парирую я, хотя трубы в ванной пели явно ложные ноты.
Все девять лет совместных прогулок Андрей считал, что судьба подарила ему лучшую женщину по имени Мария, девушка с характером акварельных эмоций, но с искренней дружбой в ладонях и заботой в глазах цветов базарной площади.
Два года назад, когда, как рожденный в московской слякоти, свалился ему дальний родственник, Роман, она устроила ему встречу так тепло, что даже воробьи на подоконнике притихли слушать разговоры за чаем.
Вот бы все твои родственники не прониклись обычаями гостеприимства через Романа, вновь сонно спрашивала Мария, будто боялась, что слова ее ускользнут в простынях.
Роман для нас особый случай, отвечал я, примеряя на себя детское воспоминание: старая дача в Подмосковье, зелёный забор, я и Роман играем в прятки среди одуванчиков.
Парень золотой, убеждал я жену, ему работу в Ярославле предложили неожиданно, снимать квартиру не успел, а тут наш дом словно оказался вокзалом.
Роман мало чем нас стеснял, даже носки сбрасывал в один угол, и через месяц съехал в съёмное гнездо у Волги. Мария тихо загрустила, когда он уехал, а я забыл это, словно уронил в метро билет.
В Москве меня закрутил новый проект фирма выиграла тендер на поставку компьютерных глаз дома бывал лишь чтобы поспать, а выходные стирал с календаря.
С Романом мы переписывались как в детстве на спичечных коробках: он восхищался своим офисом с видом на поющие тополя, новой жизнью, да всем подряд, даже вкусом местной выпечки. Потом он купил, хоть и в ипотеку, уютную клетку на Петроградском проспекте, сделал ремонт, и позвал нас на новоселье, на котором время словно шло задом наперёд.
Познакомьтесь! весело кувыркался его голос. Это моя невеста Ксения!
Вот уж обновок у тебя, Роман! я рассмеялся, будто знакомился с геометрией новой квартиры.
А ты чего ж такую красоту прятал? А я бы тебе рубль за каждую тайну дал! поддел я его.
Поздравляю, сухо выдохнула Мария, едва посмотрев на тонкую, как тюльпан, Ксению, которая тихо улыбалась во сне гостей.
Любая из них для меня просто тень рядом с тобой, Машенька, умудрился выкрикнуть я, обнимая её, словно держу в руках спасательный круг.
Давайте конкурс красоты закроем, а балкон с салатами откроем, веселился Роман, и все согласились, будто погружаясь в прорубь беспечности.
Вечер петлял между сонными разговорами, и Андрей радовался за младшего брата: тот был на три года младше, но в тридцать, как водится в России, пора навить семейное гнездо, если у тебя есть сберкнижка и плитка.
Нам впору уже о ребёнке крепко задуматься, вдруг проворчал я пьяно, когда возвращались домой по весенней московской дождливой улице, а фонари отражались в лужах, как сырники в масле.
Андрюш, не начинай! огрызнулась Мария, надувшись овсяной кашей. Мы же договорились! Ещё рано! Два года можно по ёлкам погулять
На заре отношений решили, что детей пока не заводить, как котёнка пусть поспят ещё пару зим. Но я уж год носил мысль, что время само толкает меня под локоть, а Мария огрызалась:
«Мне до тридцати ещё три года, не скачи!»
Я не спешил, но ронял намёки, как конфеты в школьном ранце. И вот потом, спустя месяц после новоселья, всё как будто пошло задом наперёд: Ксения, как из другого двора, вдруг возникла на пороге, когда я был дома один, а чайник шипел словесными пузырями.
Ксения? удивился я, Что случилось, снег не тот?
Да нет, мотнула головой она, с каким-то диковатым взглядом, Я просто… мимо проходила
Проходи, хоть на секунду, только Мария не здесь, она к матери на пару дней поехала
Я знаю, мне нужен серьёзный разговор.
Говори, Ксения, будто в пустой вокзал кидал я слова.
Она молчала, смотрела на трещины в обоях, потом решилась:
Андрей, я в тебя влюблена! и прыжком на шею, словно кошка из Петербурга, пытаясь меня поцеловать.
Я онемел; не ответил, лишь аккуратно сбросил её с плеч, как ненужное пальто.
Ксения, ты себя слышишь? спросил я.
Правду слышишь! С первого взгляда! Я пыталась себя удержать, но наши отношения с Романом это сон без окон.
Я молчал, сжимая кружку, а девушка выдала вдруг:
Ты ведь знаешь, что твоя Мария и Роман… не просто коллеги? выдохнула Ксения, как кот в темной комнате.
Есть у меня где-то валерьянка… Или лучше скорую? задумался я. Ты точно здоровa?
Со мной всё как надо! огрызнулась гостья. Ты слеп, раз не замечаешь взгляды между Марией и Романом за тем столом чесночных закусок, да как она на меня смотрит будто я украла у неё мед.
То есть предлагаешь поверить твоим снам и разрушить семью? не сразу выговорил я. Мы с Марией любим друг друга семь лет счастья в одной кастрюле.
Она счастлива с другим, Андрей! настаивала Ксения.
Это только в русских романах люди верят словам посторонних, будто маслом мажут, и разводятся по звонку… Какой цирк! раздраженно плюнул я.
Доказательства хотите? Записку? Видео? вспыхнула Ксения.
Я тебе не обязан верить, ответил я жестко гостья вывела меня из сонной размеренности. Всё, хватит, Ксения, иди, разговор тут слепой. Прощай.
Она ушла, оставив взгляд где-то в коридоре, и мне стало жалко её этой нелепой любви средь батонов и чайников.
Но слова о якобы измене застряли в голове, как старая монета. По телефону говорить с Марией не стал, но к Роману шагнул без звонка просто по колечкам во дворе.
Не успел ступить на лестницу, как увидел их Роман и Мария ругались прямо во дворе, не стесняясь даже старого сторожа из Мурманска.
Я тебя люблю, будто по скользким ступенькам повторял Роман, но у нас всё сложнее, чем зимняя рыбалка: дважды за два года расставались на совсем
А снова сходились в коммунальной прописке! торопливо перебила его Мария. Нам без друг друга как хлеб без соли, а ты с этой Ксенией выдумал свадьбу! Назло мне, да?
Нет, пояснял Роман. Я хочу семью без страстей, без скандалов, без тайн Ксения добрая, домашняя. А ты… У тебя своя семья должна быть.
Замолчи! вдруг звонкая пощёчина, и Роман держится за щёку, будто на улице стала зима.
Я ребёнка от тебя жду, резко сказала Мария.
Ну и дела… А твой муж никак ни при чём? изумился Роман.
С Андреем мы… осторожны. Я ребёнка мечтала от тебя, а не от чужих трамваев, прошептала Мария.
Браво! хлопнул я громко, как в театре абсурда. Увидев всё это как будто не в себе, я разворачивался и тёмными снами шел к машине.
Через десять минут, проезжая мимо мусоровоза, которого в жизни не заметил, будто мечтательный гриб, я попал в аварию.
Спасатели вытаскивали меня как консерву из банки, и очнулся я лишь через два дня в отделении больницы на Ленинском проспекте, заметив, как стены моргают серым светом.
Перелом тазовой, бедренной и локтевой костей, сухо сообщил врач, как будто мелом по черной доске. Лечение долгое месяцев шесть, реабилитация тянется, как холодная осень. Главное голова цела, слова не засорились.
За спиной мерцала силуэт Марии, испуганной, будто видит меня во сне.
Всё хорошо будет, шептала она, как утренний туман, когда врач исчез в дыре коридора.
Не сомневаюсь, вполголоса я, только лучше не приходи больше.
Неделю Мария не появлялась, а потом пришла вновь я наотрез отказал ей.
Дашь развод? сердито бросила она.
Конечно, бросил я, как пятак на рынок. Говори, что нужно.
Мария смотрела на меня с опаской не верила, но словно облегчение выдавило пушинку из её груди.
Больше она не приходила, только в эсэмэске написала: «Я ушла. Документы по разводу на столе». А Роман исчез, как блошка весной.
Ксения, наоборот, ежедневно являлась в палату, пыталась подносить еду, одевать меня в чистое. Я возмущался, прогонял, пока пожилая санитарка из подручных реалий не прикрикнула:
Раздуваешь тут! Нам рук не хватает, а девочка может помочь, протяжно сказала она. Да хоть кормить тебя будет, в пижаму переоденет остальное мы сами…
Скрепя зубы, согласился. Куда деваться подмосковная тоска. И интересно, рядом с Ксенией становилось легче, даже забыл об измене жены и брате.
Потом и домой она мне помогала я привык к её голосу, чашке чая, и через два месяца уже не представлял, как без неё босиком по жизни идти.
Встал на ноги даже раньше, чем обещал врач. И как-то незаметно, словно во сне, мы стали близки с Ксенией, будто обменивались ключами от снежного города.
А потом позвонила бывшая жена.
У меня дочка Вера. Уже два месяца ей, красавица, поёт по ночам
Поздравляю, спокойно ответил я, будто слова скатывались в сугроб.
С Романом не сложилось Может, попробуем всё сначала, Андрей? Мы ведь любили друг друга
Я просто повесил трубку. Нечего тут больше пробовать. Сны кончились.
