35 лет вместе: как мой муж жаловался на всё и ушёл к молодой, а я обрела свободу, счастье без мужчин и решила никогда его не прощать

Мы с Игорем прожили вместе тридцать пять лет представляешь? Мне сейчас пятьдесят пять, ему было на два года больше. За все эти годы у нас появился сын и две чудесных дочери Алена и Варвара. Со стороны наша семья казалась прямо картинкой: все думали, что у нас идеальный союз. А на самом деле всё было совсем не так сказочно.

Мой муж почти не работал всё это время. Иногда помогал другу Василию в гараже, возился с «Жигулями», а всё остальное время восседал на диване, уставившись в телевизор. Он ругался на всё подряд: на правительство, на то, что у соседа новая иномарка, на очереди в поликлинике, даже на меня мол, почему в доме не идеально убрано или борщ невкусный.

Эти придирки стали такой частью моей жизни, что я уже на автомате пропускала всё мимо ушей будто комары жужжат, и не больше. И тут на тебе! он ушёл к другой женщине, младшей меня почти на двадцать лет. Все были в шоке и дети, и соседи, и даже я. Больно было страшно, слов нет. Но, знаешь, вопреки всем ожиданиям, и моим тоже, я не растаяла, а наоборот почувствовала такое облегчение, будто с плеч сняли мешок с кирпичами.

Прошло время, и сейчас я осознала: одиночество это не приговор, а свобода. Мне действительно хорошо одной, у меня даже нет желания с кем-то встречаться. Теперь я точно знаю самое главное: в браке, кажется, мы всегда стараемся думать о партнёре больше, чем о себе. Я жила ради мужа и детей, всегда для всех старалась, а про себя напрочь забыла. Вот теперь учусь ставить себя на первое место, ведь заботиться о себе это не эгоизм, а необходимость.

Знаешь, за все эти годы Игорь привык, что я всегда на подхвате, всё для него и ради него, и думал, что так будет всегда. А когда мне нужна была поддержка, он просто отвернулся, даже не поинтересовался, как у меня дела. Всё какие-то жалобы, ворчание и не понять, что у меня на душе.

После развода дочери мои стали для меня главным утешением. Они меня поддержали так, что я снова стала радоваться жизни, вспоминать, кто я есть без мужа рядом. Теперь у меня больше времени на себя могу пойти погулять по парку, почитать любимую книгу, сходить в театр или просто выпить кофе с подругой. Я учусь жить для себя, учусь радоваться простым вещам и, честно, понимаю, что могу быть счастлива и сама.

И вот твёрдо решила не прощу я ему, что он так со мной поступил, и никогда больше не подпущу ни его, ни такого отношения к себе. Жизнь одна, и её надо прожить для себя, а не тратить на тех, кто тебя не ценит.

Оцените статью
35 лет вместе: как мой муж жаловался на всё и ушёл к молодой, а я обрела свободу, счастье без мужчин и решила никогда его не прощать
ВРЕМЯ РАСПРАВИТЬ КРЫЛЬЯ — Мам, мы тебе внучку Дашу привели, она на улице играет, пригляди за ней! — сын Виктор позвонил Лидии Николаевне. — Мы с женой на юбилей пригашены. — А как же Даша? Ей завтра в садик! — всполошилась Лидия Николаевна. — Я ведь сама собиралась к подруге на дачу, уже договорилась. — Мам, ну ты что, правда?! После твоих причуд нам теперь на юбилей не идти? Мы подарок уже купили. А Дашу можно и не вести в садик. Посидите дома, мультики посмотрите, — сын нервно постукивал по телефону. — Какой садик? Завтра же суббота! Ты меня совсем сбила! Точно, в воскресенье заберём. Всё, пока! Мать не успела сказать, что в воскресенье у неё встреча с подругой, как сын бросил трубку. — Мам, дай денег! — в комнату заглянула младшая дочь. — Мы на квест хотим сходить. — Лиза, у меня сейчас нет свободных денег, — мать считала, сколько наличных в кошельке, сколько осталось на карте и когда ждать зарплату. — Я на лекарства отложила. — Ну, как всегда! — недовольно фыркнула дочь. — Все пойдут, а я одна как сирота дома останусь. — Хорошо, Лизонька, — мать встала, а потом вспомнила о внучке, оставшейся на улице. — Доча, выгляни в окно, Дашенька во дворе гуляет. Проверь. — Ещё чего, зачем за ней смотреть? Не маленькая, дорогу знает, сама придёт, — огрызнулась дочь. — Ну почему ты так? Она ещё маленькая! Ладно, я пока посмотрю, смогу ли тебе дать на квест. Сколько нужно? Лиза назвала сумму. Мать вздохнула. Это именно та сумма, что была отложена на лекарства. Придётся отложить приём. Суставы поболят — не привыкать. Зато дочь довольна будет. — Ты проверила Дашу? — крикнула Лидия Николаевна. — Проверила, проверила, — отмахнулась та. — Вон, гуляет твоя Даша. В этот момент девочка полезла на железную горку, оступилась и полетела вниз. — Ой, кажется, она упала, — Лиза спокойно смотрела, как ее племянница плачет под горкой. — Ну что ж это такое?! — Лидия Николаевна, в халате и тапочках, помчалась на улицу. Даша держала руку, плакала от боли. Срочно вызвали такси. В травмпункте на снимке ничего серьёзного. — Ушиб, — диагностировал врач. — Ну хоть не перелом, — с облегчением вздохнула бабушка и позвонила сыну. — Витя, мы с Дашей в травмпункте, но не волнуйтесь, просто ушиб. С горки упала. — Мама, какого чёрта?! Тебе ребёнка нельзя доверить! Мы раз в год выбрались отдохнуть! — Всё хорошо, отдыхайте, — неловко ответила мать. Сын так орал, что врач переглянулся с ней. — Даже бинтовать не стали. — Ладно, — стих Виктор, — из дома ни шагу больше. Лидия Николаевна не успела сказать, что у неё билеты в театр — сын бросил трубку. Передзванивать она не решилась. «Что-нибудь придумаю. До воскресенья далеко», — подумала она. Дома ждала сердитая дочка. — Ты не могла мне денег оставить, а потом ехать, куда хотела? — набросилась она на мать. — Все только и ждут, пока я исполню их желания. Давай! Я спешу! — протянула руку. Мать поспешно отдала ей все наличные. Лиза пересчитала и скривилась: — Прямо копейка в копейку! А кофе?! — Лиза, солнышко, это всё. На карте только на проезд на работу и обратно, — развела руками мама. — Могла бы и пешком прогуляться, — пробурчала дочь и выскочила из дома. — Бабушка, кушать хочу! — напомнила о себе внучка, и бабушка поспешила накормить её. Пока Даша ела, Лидия Николаевна смотрела на нее и думала: «И мои были такими же малыми. А теперь… Витюшке тридцать лет! А Лизе скоро восемнадцать. Надо ж дочери праздник устроить!» Потом вспомнился разговор с сыном, и стало обидно. Раз в сто лет отдохнуть решили? Каждые выходные ребёнка подбрасывают! И всё без предупреждения. Так дочку и не видят, еще и на выходных сплавляют. Лидия Николаевна всю жизнь посвятила детям. Себя обделяла, последнюю копейку отдавала. Муж ушёл к другой, когда сын женился. — Одного на ноги поставил, — сказал, собирая вещи, — со второй сама справишься. Алименты до восемнадцати буду платить. Он ушёл, хлопнув дверью. Она так и не поняла, в чём была не права. Жили как-то отдельно друг от друга: она детьми, он своими делами. В субботу ей пришлось извиниться перед подругой. — Ниночка, извини, внучку без предупреждения привезли, не смогу приехать. — Лида, я не поняла! У тебя своих дел не может быть? Что за эгоизм у твоих детей?! — Они уже подарок купили, на юбилей собрались, — оправдывалась она. — А ты? Ты мне обещала шашлыки! Всё уже куплено. Бери внучку, пусть с моими кошками играет. Заказываю такси! Жду через 15 минут! Подруга сбросила звонок. Пришлось быстро собираться, брать внучку и идти к подъезду. На даче было классно: Даша забыла про руку. Кошка с котятами и целый сад в распоряжении. — Лида, — нанизывая мясо, осуждала Нина, — твои дети сели тебе на шею. Лизе всего семнадцать, а запросы, молчу! Когда была последний раз в парикмахерской? — А зачем? Я и сама смогу. Нина по-театральному прикрыла лицо рукой. — Когда себе что-то покупала? — Да есть, что носить… — опять пожала плечами Лида. — Свадебные вещи еще? Пора менять жизнь, подруга, давай за нас! Налили по бокалу, накормили Дашу, уложили, сами душевно пообщались. Вышло, что у Лиды, кроме семьи и детей, ничего не сбылось. От семьи — лишь название. Провожая на следующий день подругу с внучкой, Нина обняла Лиду и прошептала: — Не предавай свои мечты! Она кивнула. Дома ждала рассерженная пара — родители Даши. — Мама, ты с ума сошла? Таскать больного ребёнка неизвестно куда?! — Виктор был в бешенстве. — Почему неизвестно? Мы ездили к тёте Нине на дачу, — пыталась успокоить Лидия Николаевна. — Там здорово! — попыталась вставить слово Даша, но её игнорировали. — Это безответственно! — присоединилась невестка. — Мы чуть с ума не сошли, когда нашли пустую квартиру! — А что тут сходить с ума? Я бы позвонила, случись что. — Мы от тебя не ожидали такого! — сын с невесткой забрали Дашу и ушли. — Странные они, — вышла Лиза, — вчера не горевали за дочкой, спокойно отдыхали, а сегодня истерика. Лида подумала: всё верно, но вслух не сказала. — Как вчера сходила? — спросила у дочери. — Нормально, только все потом в кафе пошли, а я одна домой. Баб, куда ты алименты тратишь? Мне даже не на что потусоваться! — Как куда? Репетиторы, новый телефон, фирменная одежда! Ты знаешь, сколько стоит футболка?! — Ты ничего не понимаешь в моде! — фыркнула Лиза и ушла. Мимоходом Лида услышала, как дочь по телефону обсуждает её: «Выглядит как бомж, кофты растянуты, волосы — ужас… Стыдно рядом идти. Я не удивляюсь, что папа ушёл… Скоро Днюха, опять начнет ныть: нет денег, на лекарства…» Лида замерла. Главное — про день рождения. «Не могу же я подвести дочь. Позайму денег — но будет праздник!» Праздник приближался. Лида взяла взаймы у подруги, купила цветы, торт, приготовила салаты, куриные ножки с овощами. В конверт положила три тысячи. Утром именинница вышла на кухню — мама с цветами и конвертом. — Малышка, поздравляю… — О, конвертик! Сколько? — перебила Лиза. — Всё?! Да ну! Ладно, папа подкинул — не опозорюсь перед друзьями, кафе не отменяется. Куда цветы поставить? Сунула цветы маме и в комнату ушла. Лида смотрела на угощения, и внутри все закипало. Вспомнился звонок дочери, претензии сына и невестки. Вспомнились слова Нины. Она подошла к зеркалу. — Мне пятьдесят два. А выгляжу как? — впервые за много лет критически оценила себя. Хорошая фигура за мешковатыми юбками и кофтами, ни грамма макияжа, уставшее лицо, темные круги. Волосы — как мочалка. — Даже Баба-яга выглядела лучше. Ради чего всё? Ради претензий и неблагодарности? Никто даже не спросил, чего хочу я! Лида ходила по квартире, внутри всё кипело. Всю жизнь детям! Мужу внимания мало, на себя — плевать, только детям всё. Потому и ушёл. — Я бы тоже ушла, — улыбнулась себе. Взяла телефон. — Нина, дай номер своего парикмахера. И в магазин со мной сходишь? Только с зарплаты, я тебе ещё должна за праздник дочери, — огорчённо улыбнулась. Рассказала о подарке. — Считай, это был мой подарок, — засмеялась подруга, — а с тобой схожу, чтобы не передумала. Собирайся! Сегодня твой праздник. Только договорила — звонок от сына. — Мама, мы Дашу сейчас завезём. Лизка нас в кафе зовёт. — Меня дома нет и не будет, — чётко сказала Лида и положила трубку. На глазах выступили слёзы. — Вот так! Мать только для того нужна — из нее деньги трясти да с внуками сидеть. А как самой праздник — без мамы! — Слёзы текли по щекам. — Сама виновата. Телефон зазвонил снова. — Мама, ты что? Куда тебя понесло? Мы уже подъехали! Не везти же её обратно?! — Везите, куда хотите! Подъехали они! Ты меня спросил: я свободна? Занята? И впредь — за два дня предупреждайте, если хотите оставить ребёнка. Против Даши ничего не имею, но у меня есть СВОЯ жизнь. Ты понял? Витя молчал, ошарашен. — Я не слышу! — строго сказала Лида. — Понял, — сдулся сын. Вызов был сброшен. На следующий день Лиза не узнала маму: та вернулась поздно, а утром красивая женщина с короткой стильной стрижкой, лёгким макияжем и модным костюмом сидела на кухне и пила кофе. — Здрасте! А мама где? — Ни где. Я — твоя мама. — Мам?! — Лиза округлила глаза. — Нет, голограмма! — ответила Лида. — Ну что, с совершеннолетием! С сегодняшнего дня алименты закончились. Я была обязана содержать тебя до 18 лет. Миссия выполнена. Если пойдёшь учиться — помогу деньгами. Не содержать, а помогу. А если работать — не мешать не стану. Даже квартиру снимай, пора учиться самостоятельности. Лиза не верила своим глазам. Загнанная мама теперь гордо сидела, как королева. Новая стрижка, макияж, стильный костюм и даже серьги. — Я на работу. Посуду помоешь. Еды — на три дня. Торт можешь есть сама. После работы — к тёте Нине на дачу. У меня праздник: дети выросли, а впереди свободная жизнь с чистого листа! Лиза смотрела в окно: мама на каблуках легко перескочила через лужу и уверенным шагом скрылась за углом. Дочь надеялась, что мама передумает и станет прежней, но Лидия Николаевна уже предпочла образ гордой орлицы, расправившей крылья навстречу ветрам перемен.