Ребёнок как средство манипуляции
Она опять не дала мне увидеться с Варей. Можешь себе представить?
Алексей бросает ключи на старый комод и вяло опирается о косяк двери. Лицо мрачное, словно он не из офиса пришёл, а целый день работал грузчиком на складе.
Екатерина отрывается от книги и подтягивает ноги на диване, освобождая место рядом. Муж выглядит настолько истощённым, что у неё защемляет сердце.
Что в этот раз?
Сказала, мол, раз я такой жмот, то и дочь видеть не буду. Алексей снимает галстук и бросает его на спинку кресла. Две недели не давала даже поговорить с ней, а сегодня вообще заблокировала везде.
Катя тяжело вздыхает. Двадцать тысяч рублей алиментов по решению суда. И Алексей ведь не отказывает, если речь о настоящих нуждах дочери. Новый пуховик пожалуйста. Курсы английского вообще без вопросов. Но для Ирины этого всегда мало.
Угадай, Екатерина хлопает рукой по дивану, приглашая сесть, ей понадобились деньги на что-то архиважное?
Алексей тяжело опускается рядом, откидывает голову.
На курсы визажистов. Хочет, говорит, начать зарабатывать. Попросила тридцать тысяч.
А работать по-настоящему, без всяких курсов и вложений, ей не пробовала?
Катя, ты же знаешь…
Знала. За три года Катя видела, как Ирина то на курсах маникюра, то в школе флористики, то марафон по заработку в интернете затевает ни один проект не дольше пары недель. Зато каждый всегда требовал новых вложений от бывшего мужа.
Всё по одной схеме, Катя переплетает пальцы с Алексеем, нужны деньги отбирает у тебя Варю. Заплатишь разрешает встретиться. Классический шантаж.
Я не могу перестать платить. Это ведь моя дочь.
Знаю. Она этим и пользуется.
Алексей молчит. Екатерина видит, как у него дергается скула. Он ненавидит эту ситуацию, своё бессилие, но каждый раз любовь к дочери сильнее здравого смысла.
… В субботу утром звонок в дверь. Екатерина открывает на пороге стоит Варя: белокурая, с огромными голубыми глазами, полными слёз. Слышно, как уезжает лифт мать уже сбежала.
Варенька, что случилось? Катя присаживается на корточки.
Девочка шмыгает носом и, даже не поздоровавшись, проходит в квартиру. Алексей выскакивает из кухни, вытирая руки полотенцем.
Варя! Моя принцесса!
Он поднимает дочку на руки, но та сразу вырывается, отступает.
Папа, ты больше не любишь маму!
Алексей замирает.
Что? Кто тебе сказал такое?
Мама плакала! Говорила, что ты её бросил, что ей теперь плохо одной!
Катя прикусывает губу. Пятилетний ребёнок не может сам придумать такие слова её этому научили.
Варенька, Алексей садится перед дочерью на корточки, папа просто не живёт больше с мамой. Так часто у взрослых бывает. Но тебя-то я люблю всегда, слышишь?
Нет! Варя топает ножкой. Мама сказала, что ты плохой! Если не будешь хорошим с ней не приду больше к тебе!
Екатерина отворачивается к окну, чтобы девочка не увидела её лица. Руки сжимаются в кулаки. Использовать собственного ребёнка в качестве оружия ничего хуже трудно придумать. Хотелось бы позвонить Ирине и выговорить всё накопившееся, но она знает: эффекта не будет.
Алексей весь день старается как-то развеселить дочь. Они смотрят советские мультики, строят крепость из кубиков, пекут плюшки. К вечеру Варя начинает улыбаться и даже даёт Кате заплести ей косички, но слова матери всё равно тенью повисли над ними и портят каждый миг.
… В воскресенье Алексей везёт дочку обратно. Екатерина убирает на кухне и поглядывает на часы. Час. Полтора. Два…
Когда, наконец, хлопает дверь, она выглядывает в коридор. Алексей стоит, уткнувшись лбом в стену, тяжело дышит.
Она опять что-то придумала?
Пятьдесят тысяч. На себя. На новую шубу.
Екатерина опускается на табуретку.
Ну и?
Я отказал. Она прямо при Варьке заревела. Та тоже в слёзы «Папа, помоги маме! Не жадничай!» Алексей сполз по стене, сел на пол. Я дал ей эти деньги. Лишь бы ребёнок не плакал…
Катя молчит. Сказать тут нечего Ирина нашла безотказный рычаг давления и не стесняется им пользоваться.
… Через месяц история повторяется. На этот раз Ирине понадобились деньги на отпуск: «Варя мечтает о море, у мамы совсем нет денег!» Алексей вновь платит, хотя понимает: дочь останется у бабушки, а бывшая жена укатит развлекаться одна.
Через месяц маникюр и педикюр. «Мне надо хорошо выглядеть, когда веду твою дочь в садик!» И снова слёзы, истерика, деньги в дрожащих руках.
В тот день Ирина вдруг заявилась к ним домой.
Мне надоело унижаться и выпрашивать! с порога орёт, даже не снимая сапог. Теперь просто переводи мне по пятьдесят тысяч рублей ежемесячно. Тогда всё будет спокойно.
Алексей стоит посреди коридора, руки скрещены.
Нет.
Что значит нет? У тебя есть деньги!
Есть. Но тратить их на твои прихоти я не буду. За дочь всё покупаю сам. По алиментам плачу исправно. Остальное не мои проблемы.
Ирина с ненавистью бросает взгляд на Катю, стоящую во дверях:
Это из-за тебя всё! Ты его настроила! Увела! Если бы не ты…
Ир, остынь, перебивает Алексей. Ты сама изменила в браке. Я ушёл за полгода до знакомства с Катей. Мы уже разводились.
Всё равно бы его вернула! Если бы не эта!
Ирина бросается к Кате, глаза горят злостью. Алексей хватает её за запястье, оттаскивает.
Совсем с ума сошла? тоже сорвавшись, кричит он. Ещё раз вызову полицию!
Ирина вырывается, шипит:
Не посмеешь!
Посмею. И если не прекратишь цирк уволюсь, будешь получать по закону только минимум. Никаких подачек.
Ты не сделаешь! Ты любишь Варю!
Люблю. Но готов даже стать для неё плохим отец на время лишь бы ты поняла: вымогательство не выйдет. Я устал платить за твои ногти, шоппинг и бесполезные курсы. Устал смотреть, как ты манипулируешь ребенком ради денег.
Ирина бледнеет. Деньги её главное, Алексей это прекрасно знает. И впервые решает использовать это против неё.
Вы ещё ответите! шипит она, отступая к двери. Оба ответите!
Дверь захлопывается. Катя выдыхает.
Думаешь, подействует?
Не знаю. Но надо было хоть попробовать.
Сработало. В следующие месяцы Ирина становится спокойнее без скандалов отдаёт дочь, не требует денег сверх алиментов, иногда даже отвечает на сообщения о здоровье Варвары. Екатерина радуется осторожно, боясь вспугнуть это хрупкое равновесие.
Потом Ирина находит нового мужчину. Какого-то бизнесмена из Краснодара, судя по фото: рестораны, букеты, поездки…
Однажды вечером звонок.
Алексей, я уезжаю, сухо говорит Ирина. Виталий предложил переехать к нему. Женимся. Варя будет жить у тебя.
Алексей чуть телефон не роняет.
В каком смысле у меня?!
В прямом. Мне нужно новую жизнь устраивать. Ребёнок будет только мешать.
Катя, слушающая по громкой связи, прикрывает рот ладонью. Вот так просто: все манипуляции, капризы, истерики и дочка становится разменной монеткой, от которой легко избавиться, когда появился более выгодный вариант.
Через неделю Ирина привозит Варю с чемоданом и огромным плюшевым медведем.
Пока, доченька. Мама будет звонить.
Она не звонит.
Алексей не требует алиментов. «Не хочу иметь с ней ничего общего, говорит Кате. У нас хватает денег. А каждый её перевод только напоминал бы, через что мы прошли».
Катя соглашается.
Варя привыкла не сразу. Первые недели она часто спрашивала про маму, плакала ночью, отказывалась есть. Потом, понемногу, начала привыкать. Екатерина не пыталась заменить ей мать просто была рядом, читала сказки, заплетала косы, учила жарить яичницу.
… Вечером, укладывая дочку спать, Катя слышит вопрос:
Катя, а ты меня любишь?
Очень, солнышко.
Как мама?
Катя на минуту задумывается.
По-другому. Но не меньше.
Варя кивает, будто этот ответ единственно правильный, и засыпает.
Екатерина выходит из комнаты и видит Алексея в коридоре он улыбается, прижимаясь к стене.
Спасибо, шепчет он.
За что?
За терпение, за то что не сбежала, когда было тяжело. За то, что любишь её.
Катя обнимает мужа.
Мы справились.
Да, Алексей утыкается носом в её волосы. Наконец-то всё хорошо.
За окном догорает закат. В квартире пахнет свежеиспечённой выпечкой и детским шампунем. Из комнаты Вари не доносится ни звука девочка крепко спит, обняв большого плюшевого медведя.
Они настоящая семья.
