В одном многолюдном московском доме жила женщина по имени Мария. Её супруг, Иван, был человеком с твёрдым характером и хорошей работой в крупной российской компании. Их сын шестилетний Данила был озорным и умным мальчиком. Но над жизнью Марии тяготела тень свекровь, старшая Раиса Ивановна.
Раиса Ивановна была властной, строгой, всегда приходила без приглашения не только тогда, когда дома был её сын, но и в отсутствие Ивана. Она придиралась ко всему: называла Марию неряхой, обвиняла в неумении готовить, отказывала ей во всяком достоинстве. По её мнению только Иван был достойным человеком, а Мария недотягивала до их семейной планки. Иногда Раиса Ивановна, напоказ для всех, играла с Данилой, но в душе считала, что от такой нерадивой матери не может быть хорошего внука.
Мария сносила все обиды молча, не жаловалась мужу: свекровь слишком хитра, чтобы выказывать своё недовольство при Иване.
Так они и жили, пока не настал особенный вечер день ангела Ивана. Каждый год его отмечали скромно, но теперь собралось больше двадцати гостей, атмосфера была насыщена ожиданием праздника. Мария бегала по дому, уставшая, но счастливая, а Раиса Ивановна важно восседала за столом и наслаждалась вниманием.
В этом вихре забот Мария не уследила за Данилой: мальчик шумел, перебивал взрослых, отпускал не по возрасту резкие реплики, а бабушка пыталась утихомирить его грозным взглядом. В конце концов Иван вмешался.
Даня, каждый гость пришёл с подарком, обратился он к сыну. А ты мне ничего не принес. Но всё ещё можно исправить можешь нарисовать мне картину, подарить от сердца.
Иван знал, как великолепно рисует его сын. Даже предположил: «Нарисуй-ка мне, Даня, сражение танков. Ты ведь знаешь, как мы с тобой любим военные истории!»
Часы шли, праздник продолжался. Данила принёс рисунок. Иван взглянул и насупился.
Откуда ты знаешь такие слова? строго спросил он. У нас дома их никто не произносит.
Гости заглянули в рисунок: на нём были русские танки обычные, а вражеские расписаны бранью и неприличными надписями. Данила честно ответил:
Это бабушка говорила, вот и написал.
Он ткнул пальцем в Раису Ивановну; гости захохотали. Смешно было видеть заслуженную учительницу, пенсионерку и уважаемую женщину в таком свете.
Раиса Ивановна пыталась оправдаться: дескать, мальчик научился читать, сам замечает надписи на заборах, постерах, а она только объяснила, что это плохие слова. С тех пор Данила и пишет их на вражеских танках.
Но никто не слушал её оправданий. Смех гостей звучал громко и весело. А на следующий день Раиса Ивановна, по привычке, принялась упрекать Марию. Однако Мария впервые решилась дать отпор:
Если ещё раз услышу от вас подобные слова в свой адрес Данила больше не выйдет с вами на прогулку.
Раиса Ивановна замолчала; ей стало страшно потерять единственного внука. Она задумалась, что другого ей не будет…
В квартире на Пречистенке воцарилась редкая тишина и лёгкая тревога. Так Данила восстановил справедливость за мать: неожиданно и точно, по-русски.