Не лезь, это моя жизнь! обиженно бросила Агафья. Ты же бабушка и мама! Хоть бы один раз реально помогла!
Ситуация была просто абсурдной, потому что в тот момент Агафья сидела за столом у мамы в гостях. Валентина Александровна быстро накрыла, но с душой: бутерброды с домашней колбасой, ломтиками сыра и слабосоленой сёмгой, булочки из соседней пекарни, а рядом ваза с виноградом, гранатом и мандаринками. Не было экзотики, но гостья приняла меня достойно.
Внук в гостиной смотрел мультики в новом костюме, который бабушка купила пару дней назад.
Агафья, не порти настроение, раздражённо ответила Валентина. Я твоего сына обуваю, одеваю, в детсад вожу, лекарства покупаю. Он полностью на мне. А тебе всё мало?
Это же твой внук! Мы с Димкой уже не знаем, где брать деньги. Кредиты, ипотека, коммунальные платежи, садик После всех этих расходов хватает лишь на хлеб и макароны.
И я тут при чём? Я за вас кредиты брала? Или заставляла рожать? Квартиру ты тоже изза меня продала? Ты мне говорила не лезть, вот я и не лезу. И теперь я ещё чтото должна?
Мам! Агафья нахмурилась. Видишь, как мы живём! Я уже даже себе маникюр не делаю, потому что лаки кончились! Хожу в разваливающихся сапогах, если прошлась по луже ноги всё мокрые, потом болею. У Димки осталась только одна нормальная рубашка. Мы не живём, а выживаем. А ты ещё решила меня воспитывать! Тебе легко, у тебя каждый день каша с красной рыбой на завтрак!
Валентина молча выслушала, чуть сморщив губы. Да, в чёмто она виновата слишком сильно любила. Но исправить это нельзя деньгами, а лишь столкнувшись с последствиями.
А ты разве мало дала мне в жизни? недовольно прищурилась Валентина. У тебя всё было: захотела сенсорный телефон, когда все ещё пользовались кнопку, получила. Попросила норковую шубу купили. Жильём я тебя обеспечила. Ты уже не маленькая, должна сама по жизни бороться.
Агафья обиженно надулась и отвернулась, как в детстве, когда в магазин не покупали очередную игрушку, потому что места не хватало.
Валентина вспомнила, как маленькая Агафья носилась по квартире в новом спортивном костюме со стразами. В её комнате стоял новенький компьютер, в шкафу коробка с фотокамерой, подарок к Новому году. Желания девочки менялись быстрее, чем курс рубля: то фотограф, то парикмахер, то актриса. Валентина успевала только открывать кошелёк и записывать её на дополнительные занятия.
Пусть девочка наслаждается, говорил муж, смеясь.
Павел был военным, уважаемым в городе. Его доход позволял семье ни в чём себе не отказывать. Валентина тоже работала, но больше для души, хотела быть полезной обществу.
Хочу попробовать валять из шерсти! воскликнула Агафья, увидев видео в Ютубе.
Валентина отвела её в магазин для рукоделия, вручила большую корзину. Через полчаса та уже была набита до краёв. Другие родители, скорее, дали бы пару кусков пряжи и скучные иголки, но Валентина верила, что развитие ребёнка святое. Возможности у них были, так что почему бы и нет?
Агафья хваталась за каждое новое хобби с энтузиазмом, а через пару недель бросала и переходила к чемуто другому. Это смущало Валентину, но она думала: дочь просто пробует себя. А Агафья привыкала к тому, что всё достаётся «по щелчку пальца».
Потом Павел умер, и Валентина осталась одна. Конечно, ей было грустно, но хотя бы была уверена в твёрдой почве под ногами: муж оставил ей состояние, проценты со вкладов покрывали расходы, а сама она работала до последних сил, пока не подкашивались здоровье и силы.
Перед Агафьей совесть была чиста: она оплатила дочке обучение в Москве, купила однушку в новостройке, сделала хороший ремонт. После этого Валентина решила, что все галочки «хорошей мамы» поставила. «Я дала ей всё, что нужно для старта. Пока учёбы помогу, дальше сама», твёрдо сказала она.
Но планы пошли не так.
Агафья толькотолько перешла на второй курс, как сообщила, что у неё теперь есть парень. У Димки тоже был iPhone, хоть и не последней модели, и ни копейки на счету, только такие же обеспеченные родители. И ещё нагловатая улыбка и полная непригодность к быту.
Агафья, сначала учёбу закончи, попросила Валентина после знакомства с Димой. Если хотите жить вместе живите, но не спеши. Сначала получи профессию, встань на ноги, а потом уже думай о семье.
Мам, не лезь, ответила Агафья, хмурясь. Это моя жизнь.
И Валентина действительно не лезла. Но жизнь сложилась иначе.
Сначала всё было красиво: они жили в однушке Агафьи, мать полностью оплачивала коммунальные услуги и давала карманные на еду и одежду. Молодым оставалось лишь наслаждаться жизнью, смотреть сериалы и гулять до рассвета.
Дима бросил учёбу, заявив, что не видит смысла.
Я поступил, потому что родители хотели, сказал он. А так пустая трата времени.
Позже и Агафья бросила учёбу.
Мам, я беременна, сообщила она по телефону. Мы с Димкой решили всё: я буду рожать, пока учёбу подниму, а потом посмотрим.
Агафья Валентина вздохнула, закрыла лицо рукой, но всё же сдержалась. Ну, дерзайте, если решили.
Ты же поможешь нам? спросила дочь, надеясь.
Внуку помогу. А вы, раз решили рожать, уже взрослые. Ты уже имеешь больше, чем я в твоём возрасте. Справляйтесь сами, ответила мать, хотя внутри всё сжималось.
Пауза.
Ну понятно, сказала она.
Агафья бросила трубку.
Были истерики, манипуляции, попытки «протянуть» помощи. Агафья жаловалась на сломавшийся холодильник, потёртый пуховик, низкий гемоглобин изза плохого питания. Валентина отреагировала только на последнее, и то исключительно в период беременности и кормления.
Не должен же внук страдать изза того, что его родители дурочки, ворчала она, таская сумки с продуктами.
Потом Агафья выдала новую новость.
Мы решили продать квартиру, взять двухкомнатную.
Доченька Подумай. Вам пока не к спеху, ребёнок будет спать с вами.
Нет, мам, мы решили. Мы ещё свадьбу хотим, медовый месяц, чтоб всё почеловечески.
Валентина стиснула зубы, но не лезла.
Деньги утекли, как через пальцы: банкет, фотосессия, новые iPhone, ноутбуки, отпуск в Турцию, первоначальный взнос по ипотеке. Молодые влезли в кредиты.
Ипотечные платежи стали огромными, кредитов становилось всё больше. Вскоре Агафья жаловалась, что до конца месяца не хватает денег.
Валентина всё ещё покупала смеси, пюре, подгузники внуку, который последние полгода жил у неё.
Дима устроился оператором и подрабатывает курьером. Я тоже перейду на удалёнку, будем тянуть. Возьмёшь пока Лёшку к себе? просила Агафья.
Валентина согласилась, но не более. У ребёнка было всё, а взрослым она могла дать лишь добрые советы, к которым они, скорее всего, не прислушаются.
Агафья, глядя в окно, перевела взгляд на мать.
Если не будешь помогать, я заберу Лёшу, пригрозила она. И ты его больше не увидишь.
Валентина лишь рассмеялась, хотя внутри тревога.
Нуну. Давай. Посмотрим, как быстро вас уволят и на что будете жить. У тебя хотя бы есть деньги на садик, мать года?
Дочь хмурилась, дышала громко, но возразить не могла. Через пару дней ей действительно придётся вновь просить у матери помощи: очередной платёж.
У вас было всё. Я не виновата, что вы всё профукали, продолжила Валентина. И хотите утянуть Лёшу и меня вместе с вами на дно. Нет уж. Вы взрослые, барахтайтесь сами.
Агафья даже не доела бутерброды, встала, взяла куртку и ушла. Валентина, конечно, не стала её останавливать.
Когда дверь за дочерью закрылась, мать тихо зашла в гостиную. Лёша спал на диване, обнимая плюшевую совуподушку. Валентина выключила телевизор, чтоб внук не проснулся. «Ради него я сверну горы», подумала она, «а их двоих пусть жизнь теперь учит».