Ты сама не знаешь, чего хочешь! возмутилась тётка Татьяна Петровна. Ещё недавно говорила, что мечтает о своих помидорках и огурчиках Вот я и всё тебе устроила, а ты теперь всё теряешься?
Я, конечно, ничего подобного не обещала. Лишь мельком упомянула, что у соседей в Подмосковье на даче аккуратный огород. Тётка, как обычно, поняла всё посвоему.
Она стояла посреди того, что вчера ещё был наш двор, размахивая руками.
Теплица уже оплачена! Завтра её привезут и поставят прямо там, где росли эти бесполезные флоксы, продолжала она. Я их временно отодвинула к забору, не парься. Потом пересадим. Корешки, правда, слегка отломились, но они приживутся. Флоксы живучие, как сорняки.
Я не могла перебить её поток речи, лишь безнадёжно глядела на стоящего рядом мужа. Михаил выглядел ужасно. Ну, естественно!
Наш уютный уголок, наша дача, купленная на голодный кошелёк, отнявший у нас отпусков и новой машины, за три дня превратилась в както перепаханное поле. Там, где ещё вчера утром была изумрудная лужайка, теперь чёрные борозды свежевспаханной земли.
Мама, голос Михаила звучал подавленно, мама, что ты наделала?
Как что? подняла брови тётка. Огород вам организовала! Вы же городские, в земле не разбираетесь, а я всю жизнь в ней копаюсь, всё знаю
Не замечая, что её слова вызывают обратный эффект, она говорила, будто проводит презентацию в бизнесцентре:
Видите, к осени соберём урожай! Все позавидуют! Посадим картошку, свёклу, морковку. А ваш газон это лишь ерунда! Да, красиво, но без огурцов и помидоров бесполезно.
С таким апломбом, с такой уверенностью, я будто испарилась от дыхания.
Три дня. Всего три дня мы уехали на свадьбу к друзьям в Одинцово, оставив тётку «присмотреть за домом».
Присмотрела
Татьяна Петровна, я попытался говорить спокойно, но это же наша дача, а не ваша. Мы не просили вас перепахивать и перестраивать её.
Тётка закатила глаза.
Ой, Алёна, не будь такой неблагодарной! Я же для вас стараюсь! Вы молодые, неопытные, а я всю жизнь в огороде. В Сибири у нас такие урожаи: помидоры как арбузы! А вы тут только цветочки посеяли Несерьёзно.
Михаил шагнул вперёд, я положил руку ему на плечо. Знал, если не остановлю его, он наговорит маме то, о чём потом будет жалеть.
Мама, твёрдо сказал он, немедленно отмените заказ теплицы.
Голос его слегка дрожал, но он держал себя в руках. Татьяна Петровна посмотрела на него удивлённо, почти оскорблённо.
И не подумаю! ответила она. Не отменю!
Мама он сжав кулаки, кто тебя просил?
У Михаила с матерью всегда были сложные отношения. Она воспитывала его одна, но он не из тех инфантильных «маминских» сыновей, которые до пятидесяти лет спрашивают у мамы, надеть ли им шапку. С четырнадцати он стал самостоятельным, а после восемнадцати уехал учиться в СанктПетербург, где нашёл работу. Там мы познакомились, поженились и вернулись к нашему дому.
Тётка пыталась занять место в нашей семье, но Михаил держал её на расстоянии, иногда общаясь с ней резко.
Я уже внесла задаток из своей пенсии! говорила она, качая головой. Неблагодарные вы! Я вам добра желаю, а вы
Я не выдержал. Может, стоило промолчать, как я годами глотал её «советы», «я лучше знаю», её бесконечные «вы молодые, глупые». Но вид нашего двора, вырванных флоксов, валяющихся у забора с сухими корнями, разрушил последнюю стену терпения.
Уходите, сказал я тихо.
Что? глаза тётки расширились от неожиданности.
Уходите, повторил я чуть громче. Соберите вещи и уезжайте сегодня же.
Люда, ты что? воскликнула она. Я я же мать Михаила!
И что? спросил я. Это наш дом, наш участок, и у вас нет права здесь хозяйничать.
Но начала она возражать.
Вы уничтожили то, что мы два года строили. Михаил каждый уикэнд возился с газоном, я выращивала цветы, как детей. А вы за три дня голос дрогнул, но я собрался. Взяли и разбросали всё. Уезжайте, Татьяна Петровна. И ключ оставьте.
Она посмотрела на меня, а потом на сына.
Михаил! крикнула она. Мишенька! Ты же не позволишь этой этой женщине
Едьте домой, мама, устало сказал он, с теплицей, так уж и быть, разберёмся сами.
Что ты будешь делать с моей теплицей?! вскрикнула она.
С вашей теплицей? удивилась я. Новость, конечно
Да, с моей! Я на свои деньги её заказала!
Забирайте её, когда привезут, отрезала я. Нам она не нужна. Мы просили лишь полить цветы и покормить кота. Всё. А вы тут устроили
Неблагодарные! заголосила тётка. Я к вам с чистой душой помочь хотела! А вы совести у вас нет! Неблагодарные!
Она ещё несколько минут возмущалась, а затем ушла. Мы ещё долго слышали её крики о неблагодарности, о том, как мы пожалеем, что без неё пропадём.
На следующий день приехал грузовик с теплицей. Мы отказали её, ведь заказчиком была Татьяна Петровна, претензий к нам не было. И снова взялись за работу. Скоро наш двор вновь зазеленел: свежий рулонный газон лёг ровными полосами, новые флоксы и астры встали стройными рядами вдоль дорожек.
Тогда Татьяна Петровна в ужасе позвонила:
Что вы наделали? кричала она в трубку. У всех людей дачи, а у вас? Ни огурцов, ни помидоров, только трава! Тьфу!
Мы сделали, как сочли нужным, сухо ответил Михаил.
Да тьфу на вас! обиделась она. Чтобы я когданибудь чтонибудь для вас сделала Не спрашивайте меня больше ничего! Не просите! Помогать не буду!