Мой муж меня бросил. Свекровь узнала об этом и пришла ко мне.

Мой муж ушёл, оставив меня одну в маленькой квартире на проспекте Мира, а с ним все сбережения, копившиеся на собственный дом, в рублях. Я осталась с полугодовалой дочкой Алисой, и новость о разбитом сердце быстро дошла до мамы мужа, Татьяны Петровны, которая сразу же пришла ко мне.

Собйся, переезжай к нам, сказала она, глядя на меня сквозь мутный свет лампы.

Я пыталась отказать. Мы с Татьяной вели бесконечную битву за слова, ни разу не обмениваясь лаской. Когда же Алексей исчез, её голос стал единственным, который я услышала. Моя собственная мать заявила, что в её доме нет места для меня, а старшая сестра, живущая с её детьми у их бабушки, отвергла меня, мол, «моя жизнь это танец без паузы».

Спасибо, прошептала я, я буду безмерно благодарна за ваш приём.

Это было первое «спасибо», прозвучавшее в адрес Татьяны Петровны.

Не ври себе! воскликнула она, поднимая крошечную Алисочку на руки. Иди, дорогая, готовься, а мы с бабушкой не будем мешать. Ты будешь жить у меня, правда? Конечно, будешь. Бабушка будет читать сказки, выводить на прогулку, плести косички

Под шелест её дыхания я не могла поверить своим ушам. Всегда она говорила, что не будет приближаться к моему «запрещённому» месту.

Я собрала вещи, и мы с Татьяной переехали в её дом. Татьяна устроила для нас большую комнату, а сама поселилась в крошечном углу. Я протёрла глаза от удивления, а она сказала:

Что ж, ребёнку нужен простор, скоро он начнёт ползать. Мне места мало, а вам берите, как хотите. Обед будет через час.

На ужин она предложила паровые овощи и отварное мясо:

Ты кормишь ребёнка грудью, так что, если хочешь, могу чтото поджарить, но диетическое лучше для малыша. Выбирай сама.

В холодильнике стояли целые ряды баночек с детским питанием.

Пора пробовать новые вкусы, не так ли? Если Алисочка будет недовольна, купим чтонибудь другое. Говори, не стесняйся, улыбнулась она.

Я не выдержала и заплакала. Её доброжелательность была такой неожиданной, что меня охватило глубокое чувство благодарности. Никто никогда не заботился о нас так, как эта женщина, которую я считала главным врагом в своей жизни. Она обняла меня:

Тише, девочка, тише. Мужчины странные. Я тоже одна воспитывала твоего мужа, его отец ушёл, когда ему было восемь месяцев. Не дам своей внучке вырасти в одиночестве. Довольно, ты уже прослезилась. Соберись!

Сквозь слёзы я призналась Татьяне, что не ожидала от неё такой доброты, и снова поблагодарила:

Спасибо вам огромное. Если бы не вы, не знаю, куда бы мы с дочкой делі.

Я сама виновата, ответила она, так я и вырастила сына. Сейчас исправлю то, что могла, насколько смогу. Иди помой лицо, а потом в постель. Утром будет легче.

Мы отпраздновали первый год жизни Алисы втроём: я, моя малышка и Татьяна наша любимая бабушкаангел. Положив ребёнка спать, мы пили чай и кусали пряный торт, когда позвонил в дверь звонок. Татьяна пошла открывать.

Мама, познакомься, это Марина, крикнула она, указывая на женщину в дверь. Марина, это моя мама. Мама, можно у вас переночевать? Я не могу платить аренду, работы нет.

Услышав мужской голос за спиной, я побледнела. Страх охватил меня: будто Татьяна сейчас впустит их в дом и выгонят меня с дочкой. Слёзы закипели в глазах.

Убирайтесь отсюда! И возьмите свою девушку! Ты грабил жену и ребёнка, оставив их без копейки. Жизнь ответила тебе тем же. Идите, уходите. А ты, Марина, береги себя он может и тебя бросить.

Я сильно ошибалась в отношении к Татьяне. Она стала не просто второй матерью, а первой. Мы жили под одной крышей шесть лет, пока я снова не вышла замуж. На моей свадьбе она заняла место мамы невесты. Моя дочь теперь ходит в школу, а у мужа скоро появится младший сын. Татьяна греется от мысли о внуке, который скоро появится.

Оцените статью
Мой муж меня бросил. Свекровь узнала об этом и пришла ко мне.
— Ба, ты такая красавица была в молодости, а дед, хоть и добряк, но внешности не удался… Тебя что, за него силой отдали? — любопытничала Валя, внучка Анфисы. — Ну что ты, внученька! Родители со мной в юности управы не находили! Это я его сама на себе женить заставила, — со смехом вспоминала Анфиса. — Да не может быть! — изумилась Валя. — Тебя же женихи на руках носили? — А то, красавица была, но влюбилась по-настоящему только в Егора… Впрочем, больше в его гармошку, — игриво хвасталась Анфиса. — Егор с детства непоседа был, всё пакости устраивал. Нашёл как-то патрон, да и в костёр кинул — вот и остался без уха и пальца. Потом по деревне ходил — жениться бы пора, а невест ни одной… Так бы и остался холостяком, если бы не променял кто-то за кусок сала ему гармошку. Тут и раскрылся его талант: играть стал, песни сочинять. Помню, как впервые на вечерке сыграл — даже слёзы пробились… А у меня сердечко екнуло, будто в душу заглянула. С тех пор ради него только на гулянья и бегала. Потом отца упросила: «Хочу за Егора!» Мать в слёзы — мол, опозорит, а отец сказал: «Если такую дурынду возьмёт — перекрещусь». Егору намекала — упрямится, «не нужен я тебе, стыдно будет по сёлам ходить — смеяться будут». Тогда я хитростью взяла — ночь с ним на лавке просидела. Домой пришла — отец с вожжами, а я в ноги — мол, ночь с Егором… Пришлось Егору жениться! Сначала судачили бабы: то колдовством его мать присушила, то я «порчёная»… Да только как стала я детей рожать — сын, дочь, сын, дочь — все заткнулись. А жили мы хорошо: с дойки вернусь — ужин готов, огород полит, картошка сварена. Капусту сам квасил, детям помогал — не то что другие мужики. Но всю жизнь своей внешности стыдился — «иди впереди, а я потом присоединюсь». А я его под руку — вот и идём… Десять лет его нет, а как тоска нахлынет — гармошку его возьму, обниму, да и рыдаю… Кажется, рядом он, только слова сказать не может. Вот так, Валюша, не за красоту надо замуж выходить, которая с лица сияет, а по зову сердца — тогда и счастье будет!