ХРУСТАЛИНОЧКА ТЫ МОЯ
Беда пришла внезапно. Кто её ждёт? Она, как снег, падает в голову.
Григорий дальнобойный водитель. Пять лет крутит руль по маршруту РоссияЭстонияРоссия. На лобовом стекле висит фотка любимой жены, из динамиков звучит «Эхо FM», в термосе кипит крепкий чай что ещё нужно водителю? Да, нужна ароматная нить шарфа, сплетённого мамой; твёрдое рукопожатие отца перед каждым рейсом; уверенность, что дома его ждут и любят каждый день, каждый час, каждую секунду.
Однажды он не вернулся. Через несколько дней Агния, его жена, узнала, что Григорий лежит в больнице в Ярославле. Водитель встречной фуры не удержал управление, занесло на крутом повороте. Он пытался уйти от столкновения, но обе машины упали боком. Виновник отделался лишь лёгким испугом, а Григорий получил тяжёлую травму головы, в частности поражены участки мозга, отвечающие за память. К счастью, руки, ноги и речь остались.
Он не помнил ни имени, ни того, кто он, ни что случилось. Родные, вошедшие в палату, выглядели для него чужаками. Доктора не могли дать оптимистичный прогноз: мозг сложный и мало изученный механизм, и всё зависит от воли Божьей. Восстановится будет радость, не восстановится придётся жить с этим.
После выписки всё оказалось труднее, чем ожидалось: Григорий не только потерял прошлое, но и короткая память подводила его каждый час. Он не мог разогреть еду, сам выйти на улицу, а искать дорогу домой было почти невозможно. Интеллект, воля, моторика и эмоции остались нетронутыми, просто память требовала времени.
Агния была в положении. В декретном отпуске она отдавала всё своё время мужу. Ночами плакала, вспоминая, как Гриша ждал ребёнка, как привозил из каждой поездки игрушки для будущей дочери.
Зачем, Гриша? сетовала она. Ещё не время, а приметы говорят, что нельзя покупать всё заранее.
Какието приметы, милая, улыбался он, крутя её на руках. Хочу, чтоб наша дочка, впервые увидев свою комнату, радовалась. Чтобы вокруг были моря игрушек.
Он раскладывал их по полкам, ставил на подоконник, вешал над кроваткой. При выписке медсестрахозяйка подарила Агнии маленького медвежонка.
Талисман, что ли? иронично спросила она.
Да, теперь у меня талисман, ответила Агния.
Мишку они поставили не в детскую, а на прикроватную полочку мужа.
Часто гуляли вдвоём по парку, смеялись, ели мороженое. Другие, видя их, думали: счастливая пара ждёт пополнения. И действительно, так было. Но после короткой дремы Григорий уже забывал, что прогуливался, и что у него беременная жена. Агнии приходилось всё объяснять заново: кто она, что они ждут дочку. Родители сына активно помогали, поддерживая молодую семью.
Однажды отец Григория, Иван Семёнович, позвал зятья на кухню, закрыв дверь.
Агния, поймём, если ты решишь уйти. Ты молода, красива, жизнь перед тобой длинна. Но сколько ты выдержишь? Через годдва ты начнёшь его ненавидеть. Это тяжёлый груз, а память может и не вернуться. Внучку любить будем, будем поддержкой.
Слова разожгли в Агнии бурю: усталость, тревога, обида. Она собрала силы, улыбнулась и слегка наклонила голову к отцу. Иван погладил её русые волосы и прошептал:
Не сдавайся, дочка, справимся. Ты сильна, даже с ребёнком на весе «ноль».
Агния была небольшой, а Григорий рядом с ней выглядел гигантом. Когда они впервые пришли к родителям, те удивились, но не сказали ни слова. Позже спросили сына: «Она же хрустальная! Где такую встретил?» Марину полюбили сразу: добрая, слегка застенчивая, с теплотой к родителям жениха. С тех пор Григорий часто звал её «хрусталиночка моя».
На свет появилась дочка Милана. Григорий, встретив жену в роддоме, был счастлив. На следующее утро он спросил: «Что за ребёнок?», и Агния снова начинала рассказывать всё сначала, лишь добавляя Миланку. Григорий держал её на руках, глаза его светились счастьем.
Сначала Агния перенесла кроватку Миланы в свою комнату, чтобы девочка была рядом, ведь она часто просыпалась, была беспокойна, плохо спала. Марина почти перестала спать, и вскоре у неё прекратилось молоко.
Дочка, переедем к вам, тяжело тебе одной, уговаривала её мать Кира Николаевна.
Не надо, я справлюсь, отвечала Агния, не желая нагружать стариков.
Миланку перевели на искусственное вскармливание. Однажды ночью Агния проснулась от тихой колыбельной:
В комнате разбросаны игрушки,
Дети спят, видят сладкий сон,
Лиса крадётся за сухарями,
У калитки слон шутит.
Она посмотрела вверх и увидела мужа, качающего дочку. В одной руке у него был ценный пакет, в другой бутылочка со смесью, которую сосала малышка. Агния тихо села на кровать, не произнося ни слова, боясь спугнуть его. Комната была освещена полной луной, её свет заполнял каждый уголок.
Вот оно, счастье, подумала она.
Григорий положил медвежонка Пухлика в кроватку и сказал: «Это тебе, милая, мой подарок». Затем, слегка замёрзший, он забрался под одеяло к жене.
Я так люблю тебя, хрусталиночка моя
И когда дни превратились в годы, а память постепенно возвращалась, они поняли: жизнь полна испытаний, но вместе, поддерживая друг друга, можно пройти сквозь любую бурю. Главное не терять веру в любовь и в то, что даже самое хрупкое сердце способно выдержать тяжёлый путь.